Дион вернулся с врачом как раз в тот момент, когда Аврора аккуратно одевала их гостью. Врач тоже узнал девушку, он лечил и семью Чендлеров. А ее знал еще с тех времен, когда та только ползала по полу. Мистер Бутман покачал головой. Он уже слышал от матери Вивьен, что их дочь отбилась от рук и ничего не помогает поставить ее на верный путь. Но что она встретится ему в доме не титулованных особ, да еще с пулевым ранением он и представить не мог. Ему оставалось лишь догадываться, что произошло.
– Мисс Прескотт, прошу Вас, останьтесь, чтобы помочь мне. Мистер Прескотт, выйдете, – произнес врач, надевая очки.
Он знал, что Аврора не прочь и сама поучаствовать в операциях, к тому же он не раз сам лечил ее раны. Как-то ему довелось зашивать губу еще совсем юной мисс Прескотт, а причина была такова: в юности близнецы очень часто ввязывались в разного рода авантюры и не все проходили гладко, и было в тот раз, когда кто-то из более старших мальчишек бросил в лицо Авроры камень. Нос разбит, губа треснула. Но Аврора, будучи не из робкого десятка, сделала все, чтобы мальчишка не отделался парой царапин. Напротив, девушка постаралась, чтобы лицо юнца цветом напоминало перезрелую сливу. Никто и поверить не мог, что это сделала хрупкая девчонка. Этот подвиг приписали Диону и хвалили его, мол, какой же он молодец, что заступился за сестру. Но только близнецы и знали правду. Дион знал, что если Аврора почувствовала запах крови – ее не остановить. Она уберет любого, кто будет мешать. После того случая девушка еще легко отделалась. Перелом носа не повлек за собой негативных последствий, так же, как и разбитая губа после наложенных швов на удивление срослась так, будто ничего и не было.
Как только Дион покинул комнату, Аврора приподняла полы халата, открывая врачу рану девушки. Бутман наклонился над леди Чендлер, вооружившись инструментами. Мисс Прескотт зафиксировала Вивьен так, чтобы, если она вдруг очнется, то никак не могла помешать операции. Врач нащупал кончиками щипцов пулю под кожей девушки и подцепил ее. Так как рану вновь потревожили, кровь потекла с новой силой. Отбросив пулю в металлическую чашу, принесенную по его просьбе, он залил рану спиртом и после наложил плотную повязку, чтобы остановить кровотечение. Сегодня Вивьен Чендлер сменит свои чистые пахнущие сиренью простыни на пропитанные кровью. За все время операции Чендлер только пару раз застонала. Бутман и мисс Прескотт пару раз переглянулись в это время, их взгляд точно говорил: «Слишком слаба, что хочешь делай…»
Дион стоял за дверью, нервно стуча ногой. Его слух улавливал беспомощные стоны Вивьен. В мыслях он судорожно перебирал варианты выхода из ситуации. Что если она не переживет эту ночь? Бред. Но вдруг они упустили момент и она получила заражение крови? Он нервно закурил. А что говорить ее отцу? Мистер Чендлер человек крутого нрава. Все собаки будут спущены на него, а может и Аврора попадет под гнев герцога. Вряд-ли он будет разбираться, если с Вивьен Чендлер что-то произойдет. Он тяжело вздохнул, смахнул пепел на ковер, подняв глаза к потолку, и взмолился, чтобы эта ночь не стала ещё хуже.
Аврора поправила одежду на леди Ченделр и укрыла одеялом. Она помогла протереть и убрать инструменты врача в сумку. Положив руку на плечо врача Бутмана, направляя его к выходу из гостевой комнаты, она поинтересовалась о рекомендациях. Ответ был прост: покой, обезболивающие и гранатовый сок для восстановления крови. Дион встретил их на пороге.
– Что скажете? – поинтересовался он.
Аврора в этот момент аккуратно закрыла дверь и направилась к лестнице, через плечо посмотрев на мужчин
– Ходить будет, кость не задета. Но всему требуется время, мистер Прескотт, – произнес Бутман, снимая очки. – Но скажите мне, как это произошло?
– Знаю, будет звучать неправдоподобно, мистер Бутман, но я сам без понятия. Одни догадки, – был ответ Прескотта.
Он посчитал, что будет лучше не распространяться о случившемся. Леди Чендлер скажет сама, если пожелает этого.
– Я должен доложить ее семье, что она у Вас…
– Не утруждайте себя. Я с утра доложу им сам, мистер Бутман. Не стоит переживать на этот счет. Пойдемте, я отвезу Вас домой.
– Буду очень признателен, молодой человек. Имейте в виду, мне нужно будет справиться о состоянии мисс Чендлер через несколько дней.
Пока брат провожал Бутмана, Аврора поставила на поднос стакан гранатового сока, который очень кстати остался в их подвале, и графин с водой, чтобы, если леди Чендлер проснулась, смогла попить. К сожалению, она не могла находиться рядом с ней всю ночь, так как следующий день был уже распланирован. Аврора потрогала лоб девушки и тихо радовалась про себя, что ухудшений не наблюдается. Оставив записку в комнате Диона, чтобы он наблюдал за своей гостьей, девушка закрылась в своей комнате.
Глава 3. Возвращение домой
18 октября 1851 года
Аврора Прескотт подняла голову с подушки к восьми часам утра, и, понимая, что не выспалась из-за ночных приключений брата и его новой непростой бедовой знакомой, осознала, что отоспаться у нее получится только на том свете. Лениво потерев глаза, она приподнялась на локте, опустила ноги с кровати на теплый прикроватный коврик и вновь уронила голову на подушку, устремив взгляд на балдахин с необычными узорами. Сморщив лицо, словно она подвержена самой страшной муке мира, девушка ударила кулаком по второй подушке и резко поднялась с постели. Если бы не внезапное приключение Диона, вполне вероятно, было бы просто скучно жить. Она подошла к косметическому столику и подняла с пуфа халат, который не глядя швырнула этой ночью. Завязывая полы халата, девушка смотрела на себя в зеркало, четко дав себе понять, что с таким лицом только коров доить. Она пересекла комнату и открыла дверь, громко кликнув прислугу, оставив при этом дверцу приоткрытой, после чего двинулась к окну, перед которым стоял небольшой письменный стол, и написала два идентичных письма, только с измененными фамилиями и местами встречи.
– Отнесешь мистеру Батлеру и мистеру Хейли, – протянула она письма прислуге. – И не задерживайся. Черт знает, что в головах этих аристократишек.
Проводив прислугу до двери, Аврора наконец открыла шкаф и, выбрав легкое платье и слегка препоясав его, вышла из комнаты.
Гостья так и не просыпалась, о чем говорил еще нетронутый стакан с соком. Аврора слегка пригубила напиток, чтобы проверить, не пора ли его вылить. Отставив стакан чуть дальше, решив, что такой забродивший нектар леди лучше не давать, Аврора склонилась над ней. Щеки приобрели хоть какой-то, но розоватый оттенок. Слегка тронув щеку девушки и вместе с этим положив руку на ее запястье, Аврора убедилась, не скончалась ли… Ох и шуму бы было! Девушка улыбнулась, присев рядом с Чендлер. А ведь пришлось бы, скорее всего, бежать. Конечно, свои связи у них с братом были всегда, без них они вряд ли смогли подняться хотя бы до статуса «простолюдины, имеющие слуг».
Прескотт укрыла девушку одеялом и взяла с тумбочки забродивший сок, сделав еще пару глотков. Не вино из знатных погребов, но тоже сойдет. Она улыбнулась своей мысли. Краем глаза девушка заметила, что дверь в комнату приоткрылась. Взглянув в сторону той и завидев на пороге брата, Аврора хитро улыбнулась.
– Рад, что с самого утра ты в хорошем расположении духа, Рори. Что тебя рассмешило? – устало произнес он. После чего добавил. – Ну, как она?
Было не удивительно наблюдать в тот момент на лице Диона гримасу великого мученика. По крайней мере, так это выражение лица называла Аврора, когда Дион во времена их беззаботной, насколько это было возможно, юности возвращался домой после ночных встреч разного характера. Но сейчас его внешний вид назвать иначе просто было нельзя, так как, несмотря на снег, упавший на голову в виде легкомысленной особы, повседневные дела никто не отменял. К тому же утро было омрачено визитом к мистеру Чендлеру, который, кажется, неохотно поверил в легенду, придуманную молодыми людьми.
– Я только подошла, но видно, что ей уже лучше. И, кстати, – она взяла брата за руку, – вы с ней смотрелись бы просто великолепно! Она очень хороша собой. Выживет, женись! – последнее девушка произнесла со смешинками в глазах.
– Рори, ты что, начиталась романов? – вскинув бровь, поинтересовался Дион, присаживаясь рядом с девушкой. – Сама знаешь, что мы не можем такого себе позволить.
– Ох, Дион, да ты только подумай… – девушка прошлась пальцем по ровному носу их гостьи, после прислонив его к своему. – Прекрасный носик! У вас были бы прекрасные дети. Да и носики у них были бы такие же, как и у меня! Что же в этом плохого, Дион?! – она играючи обвила шею брата руками и кончиком языка прошлась по его щеке. – Не упускай такой шанс, братик! – резко отпрянув, она поспешила к выходу из комнаты, отдавая отчет того тому, что брат медленно, но верно, вскипает.
Дион снял с ноги тапок и швырнул в сторону ускользающей от него сестры. Иногда ее поведение просто выводило из себя. Девушка успела пригнуться и выскользнуть из гостевой комнаты невредимой. Тапок, ударившись о дубовую дверь, с еще одним шлепком упал на пол.
Эта девица в его жизни по праву заслужила титул главной занозы в заднице. В очередной раз Дион пожалел о том, что не может насильно выдать ее замуж. Она своими выходками доведет до могилы. По крайней мере, так он размышлял в тот момент. Сестра то вела себя так, словно была рождена для высшего общества, то превращалась в озорного сорванца, которому нужна хорошая порка и ничего кроме нее. Из груди вырвался тяжелый вздох. Он опустил глаза, посмотрев на их ночную гостью с тоской.
– Да что ж так трудно с этими женщинами? – тихо озвучил он свои мысли.
Вивьен Чендлер и правда была хороша собой. Несмотря на аристократичную бледность кожи, ее на сей момент закрытые глаза имели необычный цвет. Смесь голубого и зеленого. Редко когда глаза человека сочетали в себе оттенки обоих родителей. Дион помнил ее испуганный взгляд в тот роковой момент. Не смотря на страх в них, ее глаза показались тогда ему спокойной гладью лесного озера… Он невольно улыбнулся воспоминаниям, припомнив одно такое озерцо и дав себе очередное обещание вернуться туда, когда появиться время. Он только сейчас понял, что ему выпал шанс рассмотреть ночную гостью. Нос и правда имел аккуратную, почти идеальную форму. Общие черты лица леди Чендлер были утонченными, по ним явно плакала кисть художника. Чего не сказать про Аврору, чьи румяные загорелые щечки точно нельзя было назвать подтянутыми. Нет, полной Аврора не была, но родительская кровь дала ей свои внешние особенности. Как ни крути, она не просто так была объектом обожания многих мужчин. Этакая диковинка мельтешащая между привычно бледнолицих аристократок. Раздумья Прескотта прервал болезненный стон леди Чендлер. Она приоткрыла глаза и устремила взгляд в потолок коричневого цвета, украшенный узорчатой резьбой.
– Больно, – тихо произнесла девушка.
«Ещё бы…» — пронеслась мимолетная мысль в голове Диона, он посчитал, что было бы грубо озвучивать свои мысли вслух. В ее красивых бирюзовых глазах встал немой вопрос. Дион понимал, что прошлую ночь девушка провела на адреналине, а потому не мог быть с точностью уверен, что именно она помнит из вчерашних событий. К тому же, Вивьен сейчас не могла думать ни о чем, кроме боли, пронизывающей ее хрупкое тело. Эти ощущения были для нее новыми и, к сожалению, не самыми приятными.
– Вы в моем доме, леди Чендлер, – тихо произнес он, дабы не напугать девушку своим присутствием. – Доктор осмотрел рану, так что с Вами все будет хорошо. Кость не задета, но какое-то время Вам придется воздержаться от долгих прогулок. Сейчас Вам нужен покой.
Опираясь на локти, девушка слегка приподнялась на постели. Она едва смогла заглушить стон, который в очередной раз сорвался с губ от нахлынувшей острой боли, и закусила губу. Дион помог подложить подушку под спину, чтобы ей было удобнее сидеть, рука девушки внезапно схватила его за локоть и бирюзовые глаза смотрели в глубь его души.
– Мистер Прескотт… Абелард… – со страхом в голосе произнесла она.
– Абелард? – немного растерявшись, с непониманием переспросил Дион, однако сразу же понял, что что речь идет о ее коне. – К счастью, его удалось спасти. Его привезли в конюшню. Сломано бедро, но в целом его состоянию больше ничего не угрожает. Однако для езды он больше не пригоден, увы.
Любой здравомыслящий человек оставил бы животное там, но конь принадлежал семье Чендлер, поэтому пришлось забрать и его тоже, чтобы не оставлять улик. Конечно, позже он хотел предложить его забить, поскольку животное он рассматривал только как средство передвижения, но, увидев реакцию Вивьен, понял, что лучше доверить судьбу коня хозяйке. Счастье на ее лице вряд ли можно было описать словами. Девушек высшего общества учат не показывать свои эмоции мужчинам, какими бы сильными они ни были, но подавить их она уже не могла. Дион увидел, как ее глаза покраснели и наполнились слезами. После эти слезы тонкими ручейками побежали по ее прекрасному лицу, скатывались к нежному слегка заостренному подбородку, капая на одеяло, а после и на плечи Диона, которого юная герцогиня притянула к себе, превозмогая боль в теле. Вивьен не ожидала, что сможет выжить. А с верным другом уже окончательно попрощалась. Больше всего ей было радостно от того, что Абелард спасен и его жизни больше ничего не угрожает. Прескотт меньше всего ждал такого порыва эмоций от девушки, которой обычно полагалось вести себя сдержанно, но понимал, что ей нужна была разрядка после пережитого. Все же знать представлялась ему совершенно иной. Вивьен Чендлер стала в его глазах исключением из правил. Плечи юной герцогини слегка вздрагивали, а Дион в свою очередь осторожно приобнял их и второй рукой успокаивающе гладил ее волосы. Всего то и нужно было дать девушке ощущение защищающего кокона, который оградит от всех бед и, конечно, немного помолчать.
– Спасибо… – тихо произнесла она вскоре после того, как дрожь отступила
Она отстранилась от мужчины и, все еще дрожа после выплеснутых эмоций, рукавом халата утёрла слезы. Дион какое-то время смотрел на нее, но, поняв, что просто невежливо так долго смотреть на неё, отвел его в сторону. Все-таки с девушкой высокого сословия нужно было держать дистанцию. Услышав последний всхлип Вивьен и почувствовав, как она крепче закутывается в одеяло, он вновь взглянул на нее.
– Леди Чендлер, я, конечно, понимаю, что Вам тяжело и не очень хотелось бы возвращаться к событиям прошлой ночи, и гораздо меньше говорить о них, но, думаю, самое время рассказать, что произошло, – аккуратно проговорил Дион. Он, конечно, уже все сам прекрасно понял, но ему нужно было услышать ее версию.
– Просто я сглупила, – тихо произнесла девушка. Она понимала, что этот разговор будет серьезным и что ее спаситель имеет право знать всю картину произошедшего. – Мистер Браун показался мне при первой встрече довольно приятным молодым человеком, что и подтолкнуло меня на мысль о встрече с ним, – девушка отвела взгляд в сторону окна. – Вы можете сказать про меня: вот глупая, сама же себе едва ли могилу не вырыла. Но я скажу Вам вот что: не жалею. Это будет мне уроком не судить о людях по впечатлению от первого знакомства, – она посмотрела на него, ожидая увидеть в его глазах осуждение, но не могла понять, что видит. Она его тоже ничуть не знала. – Я… Я всегда следую своим идеалам, на тему которых мы и разговорились с мистером Брауном. После… он прижал меня к стене. Спасибо матушке… она дала мне не только воспитание, но и научила защищать себя. Наверное, эти умения и дали мне возможность дождаться Вас. Но на наличие револьвера я не рассчитывала. Не думала, что даже на такую встречу мужчина возьмет его с собой… и очень ошиблась в этом.
Дион внимательно слушал рассказ юной герцогини. Он старался не подавать вида, как его разочаровал ход ее мыслей, чтобы не нагнетать обстановку. В конфликте были виноваты оба. Он не мог полностью встать на сторону Вивьен, так как ее легкомыслие могло довести ее до плачевных последствий, если бы он не оказался рядом. Но и Келвин был хорош. Кто мог представить, что приятель мог так легко, пусть даже под действием хорошего виски, забыть о приличиях высшего общества. А о том, что он решил покуситься на саму дочь Джастина Чендлера, вообще можно было и не думать. Ей хватило бы одного кивка в сторону Брауна, и герцог спустил на него всех собак, не оставив от него даже воспоминаний. Дион слышал, что Джастин Чендлер не гнушался пачкать руки, если чувствовал где-то подвох или несправедливость. Его меры были жестокими, но справедливыми. Однако, несмотря на жестокий нрав, герцог делал все возможное для процветания города. А его судостроительная компания не только кормила, обеспечивая работой, почти половину населения Фестона, но и имела большой успех как в Брикоине, так и в континентальных государствах, и уже было открыто предприятие в Америке.
– Келвин ушел, – тихо произнес Прескотт. – Когда я вернулся, чтобы забрать Абеларда, этого подонка уже и след простыл, – Дион облокотился о подножие кровати, сложив руки на груди. – Я доложил Вашему отцу, леди Чендлер, что Вы у нас. И не беспокойтесь: я сказал, что Вы знакомы с моей сестрой и не уследили за временем при ужине, так что Вы были вынуждены остаться на ночь. Про ранение и Ваше… – он слегка прочистил горло, – свидание он не в курсе. Сами понимаете, это было бы лишним.
Более того, он не посчитал нужным рассказывать девушке про свежую кровь, появившуюся после, и следы передвижения на месте преступления. Эта лишняя информация для нее, особенно сейчас. Однако теперь для Диона это это было делом, которое стоило взять на себя и начать поиски виновного в пропаже Брауна. Единственное, на что он уповал, так на то, что Келвин ещё жив. Если же нет, то нужно сделать все возможное, чтобы в этой истории не всплыла юная герцогиня, а виновный в предположительной смерти Брауна понес наказание по всей строгости.
– Отец убьет меня, – едва слышно прошептала Вивьен, натягивая одеяло по самый нос. Было видно, как девушка трепетала от одного упоминания о нем.
– Я отправлю с вами Аврору. Она найдет нужные слова, чтобы смягчить гнев вашего отца.
Дверь внезапно открылась и показалась голова Авроры, которая, глядя на леди Чендлер, закивала и приветливо ей улыбнулась.
– О, я-то придумаю, – как ни в чем не бывало произнесла она, заходя в комнату.
Она была с подносом свежего сока и тарелкой пышного омлета с сыром, видимо, только поданного ей. Клубящийся от него пар вместе с вызывающими слюнки запахом не оставил никого без внимания. Аврора поставила поднос на тумбу, убрав при этом тот, что приносила ранее, и покинула комнату, будто ее здесь и не было. Дион знал, что Аврора не упустит ни одной детали, которая может касаться ее. Как никак, она понимала, что ей придется вести отчет перед одним из влиятельных господ. А потому Дион был уверен, что сестра стоит за дверью и ждет. Вивьен, понимая, что их могут подслушивать, слегка сникла.