Абелл взглянул на нее через плечо, остановившись у кресла. Скинув кобуру с плеч, он ловкими движениями расстегнул две пуговицы на рубашке, после чего снял ее через голову и бросил к кобуре. Следуя к постели, мужчина думал, что же в голове этой девушки, раз она подумала, что он собирается воспользоваться ее невольничьим положением. Нет, он презирал других своих коллег и конкурентов за это. Он ненавидел тех, кто пользуется женскими слабостями в угоду своей разгоряченной плоти. Женщин, которые готовы просто так раздвинуть свои ноги перед первым встречным за звонкую монету, было достаточно, и он лучше сходит к ним вместе со своими людьми, чем они притронуться к кому-то, кто оказался в безвыходном положении.
– Я понимаю твое положение сейчас. Не думай, что, раз я граблю банки, у меня нет чести, – сказал он, упав на постель вниз лицом. – Подойди и разуйся, ты мне нужна здесь.
Девушка удивилась такой противоречивости. Этот человек говорил про честь, но ждет ее у себя в постели. Может быть, это для отвода глаз? Она поджала губы, осторожно подошла и, сняв обувь, присоединилась к нему. Он взглянул на нее, указывая пальцем на свою спину.
– Походи по спине. Если боишься упасть, можешь держаться за стену.
– Вы уверены, что стоит это делать? – тихо произнесла она, встав на матрасе.
– Если ты боишься меня раздавить, то это пустое. Моя беременная жена на протяжении всего срока ходила по мне. Я думаю, ты понимаешь, что в весе там было побольше.
– Ладно… – неуверенно произнесла девушка. – Я могу спросить? Что стало с Вашей…
– Они погибли, – прервал ее Уайт, голос которого вобрал в себя всю грусть, словно это произошло вчера.
– Простите… – она стиснула зубы. – Мне правда очень жаль.
Абелл оставил ее слова без ответа. Он уже успел подавить в себе эту боль, хоть она и давала о себе знать кровоточащей раной. Девушка, вытянув руку к стене, аккуратно наступила на его спину. Послышался легкий хруст костей и облегченный вздох Уайта, словно груз, который он носил весь день, наконец-то упал с плеч. Вес девушки казался детским лепетом по сравнению с отброшенной усталостью.
– Не больно?.. – тихо спросила девушка.
– Просто продолжай, – ответил он. – Никуда не убегай, даже не пытайся этого сделать. Твой побег я расценю как попытку сдать меня. Я не знаю жалости, когда дело касается таких вещей. Я понесу любое наказание, но сделаю жизнь человека адом, – он говорил ослабленными голосом. – Моя мать – прекрасная женщина… Не щадит себя. Помогай ей… Я буду оплачивать твой труд.
– Я могу помогать, но… если мне нужно будет что-то забрать или… решить какие-то дела с комнатой? Уволиться с работы? – неуверенно спросила девушка.
Уайт лишь кивнул ей. Он поднял руку, скомкав подушку под своей головой, и слегка изменил положение, в котором лежал. Девушка потеряла равновесие, и, вскрикнув, одной ногой быстро наступила на постель, непонимающе посмотрев на хозяина дома.
– Маргарет, успокой Джастина… Шахта меня вымотала, – едва слышно произнес мужчина.
По словам она поняла, что сон забрал его. Она осторожно поднялась с постели и как можно аккуратнее вытащила из под него одеяло, бережно укрыв. Девушка вновь присела рядом и стала разглядывать его, все гадая, что за жизнь была у него до этого всего и почему он занимается грабежом. Мужчина с такими гордыми чертами лица мог быть кем угодно, но не человеком низшего сословия, вынужденного жить в лесу, словно отшельник, иногда посягая на благодать городской казны.
Еще долго она сидела рядом со спящим хозяином дома, после чего вышла из комнаты, бесшумно закрыв за собой дверь. Гомон мужских голосов все еще слышался внизу. Как только девушка показалась в дверном проеме кухни, один из банды недобро ухмыльнулся в ее сторону. Кровь похолодела, она ждала усмешек, но не была к ним готова. Как бы она ни старалась побороть в себе неприятные чувства, это не получалось. Один что-то шепнул другому, а в ответ другой ударил того по голове пустой металлической кружкой. У плиты стояла матушка Абелла, добавляя еды каждому, кто подходил к ней за добавкой. А один из парней, тот, что был с ней в повозке, помогал женщине с посудой. Женщина подняла взгляд на девушку и по-доброму улыбнулась, подзывая её к себе.
– Рты закройте свои, – обернулась она к столу, где спорили уже четверо бандитов. – Абелл ее не станет трогать. Сами между собой одну девку грязную делите в своем подвале, а эта туда даже не ступала. Ух, без еды у меня останетесь, негодяи редкостные! – бранила она.
На кухне воцарилась тишина. Абелл разрешал матери творить с его людьми, что угодно, хоть клюкой бить по хребту. Но женщина могла только сетовать на них, ругать их за все, на чем свет белый стоит, вот только ни одного из них она ни разу не ударила. Она понимала, что им и без того может достаться от ее сына. Женщина аккуратно взяла девушку за руку, глядя на нее добрейшими глазами.
– Спит он? – спросила она.
– Да, спит, – неуверенно произнесла девушка.
– Хорошо, тем лучше для этих оболтусов, – она строго посмотрела на мужчин. – Душу вынет и плясать заставит, – добавила женщина, продолжая сетовать. – Помоги ему с посудой, он не успевает протирать ее.
Закончив с ужином, мужчины стали покидать кухню, при этом благодаря женщину. Кто-то целовал ее в щеку и только потом удалялся. Девушка спешно собрала со стола оставленные тарелки и поднесла в мойку к оставшемуся помогать парню. Женщина же, наблюдала за ними со стула, придерживая голову рукой. Старость не щадила ее и не давала поблажек. Усталость приходила намного быстрее, чем к молодежи. Она смотрела на девушку с нежностью, вспоминая свои былые годы, как, стоя на этом же месте, также мыла и протирала посуду, а рядом бегал маленький разбойник Абелл, подбрасывая ей в таз деревянные игрушки. Она справлялась одна, и никто ей не мог помочь. Даже Абелл, который сейчас старался обеспечить ее старость всем необходимым, и то делал жизнь настолько невыносимой, что едва получалось гнать от себя мрачные мысли. Ее раздумья о прошлом прервал молодой человек, который, вытирая полотенцем руки, подошел к ней и коснулся губами ее щеки. Пожелав женщине доброй ночи, он удалился. Женщина посмотрела ему вслед теплым взглядом. Некоторые из этой оравы были ей как сыновья, за которых она наравне с сыном готова стоять горой. Да кому только нужна хрупкая старушка? Она вновь взглянула на девушку и подняла дрожащую руку.
– Я приготовила тебе комнату. Не знаю, при каких обстоятельствах ты к ним попала, но, думаю, испереживалась знатно. Иди, отдохни. Завтра нам с тобой нужно многое успеть.
– Спасибо Вам, – девушка подошла к женщине и аккуратно взяла ее за руку. – Если Вам нужна будет помощь, только скажите.
Благодарно пожав руку девушки, старуха отпустила ее и показала взглядом на дверь. Лишних слов не потребовалось, чтобы дать понять, что женщина нуждается в отдыхе.
Поднявшись уже в свою новую комнату и закрыв дверь на засов, она огляделась. Большое окно выходило во двор. Снимая с себя платье, девушка с любопытством смотрела в него. В темноте было трудно разглядеть, что именно находится на заднем дворе, но она видела очертания конюшни и небольшого сарая. Был вырублен достаточно большой участок леса, чтобы здесь можно было жить и не отказывать себе ни в чем. Она подумала о диких зверях, которые могли обитать в лесу, но эта мысль быстро оставила ее. В этом доме достаточно вооруженных мужчин, которые могли совладать даже с разъяренным медведем. Она задернула шторы и подошла к постели. Опустив голову на подушку, девушка поймала себя на мысли, что простыни выстираны лавандовым мылом. Его не могли себе позволить простолюдины, отметила для себя девушка. Длинный и полный приключений день совершенно утомил ее, но, по крайней мере, никто не обидел, если не считать ненужных слухов. Одно успокаивало: ее были готовы защитить от лишних пересудов. Повернувшись на бок, девушка заглянула в длинное зеркало, которое стояло по левую сторону от кровати и отражало всю комнату. За вечер она почти смирилась, что уйти отсюда не удастся. А если попытается, то ее тело найдут где-нибудь на берегу реки с перерезанным горлом. Она дала себе слово скорее смириться с тем, что теперь этот дом – ее новый дом. Правда, надолго ли? Такая идиллия не могла продолжаться долго. Да и, хоть терять ей было нечего, ее вырвали из привычного ритма жизни, и теперь она здесь. Недолго глядя в свое отражение, она провалилась в сон.
Глава 6. «Выпей со мной.»
19 октября 1851 года
На лес опустился мрак, укутав собой пространство. Яркие звезды как ни пытались осветить темный лес с густыми деревьями, у них получалось скверно. Только там, далеко в небе, яркие огоньки украшали собой непроглядную пустую темноту. Тишину дремучего леса изредка нарушал надоедливый филин, которого было слышно чуть ли не со всех сторон. Но не только он мешал сну девушки, которая пробудилась сразу же, едва успев уснуть, и лежала неподвижно в постели, глотая слезы, но и звуки боя, доносившиеся с третьего этажа дома, который должен был стать для нее домом на неопределенный срок.
«Или тюрьмой?» – тревожная мысль коснулась ее.
Она приподнялась на постели и, утерев бежавшие по щекам слезы, стала искать обувь в густой темноте. Обувшись на босую ногу, девушка встала с постели и проследовала по заглушающему шаги ковру к креслу, чтобы надеть платье и укутаться в шарф. Она еще раз подняла к потолку взгляд, мысленно прикинув, что хуже уже быть не может и нужно сходить проверить, что происходит в комнате наверху. По топоту ног, которые явно резво меняли свое положение, она прикинула, что там один человек. Но что он там делает в такой поздний час? Едва прикрыв за собой дверь, она двинулась вверх по лестнице, держась за перила и аккуратно ступая на каждую ступеньку – оступиться ей хотелось меньше всего. Выбрав дверь, расположенную так же, как и ее, она приложила ухо к деревянному полотну. Стены тоже, казалось, слегка содрогались под ударами. Она глубоко вздохнула и, набрав в грудь побольше воздуха, коротко постучала. Удары прекратились, все стихло, кроме спокойных шагов, которые двинулись в ее сторону. Дверь открылась, и на пороге появился Абелл. Он выглядел так, словно у него за этой дверью была смертельная битва не на жизнь, а на смерть. Редкие капли пота стекали по лицу. Рукой он прошелся по волосам, убирая назад. На нем не было ничего, кроме брюк, в которых он уснул несколько часов назад. Вероятно, едва открыв глаза, он пошел сюда.
– О, прошу прощения. Я тебя разбудил, – мягко начал он. – Я запамятовал, что у меня гости, иначе вел бы себя тише.
– У Вас все в порядке? – взволнованно спросила девушка.
– Да, я часто поднимаюсь в эту комнату среди ночи, чтобы выпустить пар, иначе попросту не усну снова. Выбрал ее из-за удаленности от комнаты матушки. В ее возрасте крайне важно отдыхать, – он посмотрел в сторону окна. – Ты не хочешь выпить чаю?
– Нет, спасибо, мистер Уайт, – ответила она.
Абелл Уайт лишь пожал плечами, шагнув в ее сторону, чтобы покинуть комнату. Девушка отступила назад. Привыкший к темноте, он заметил блестящие от слез глаза девушки. Он молча ступил в ее сторону, и девушка слегка запаниковала, сделав легкий шаг назад. Абелл вытянул руку и схватил ее за запястье, притянув ближе. Второй рукой он прошелся по ее влажной щеке и стиснул зубы. Он понимал, что ей будет тяжело здесь, но не мог себе представить, насколько.
– Плакала? – тихо произнес свой вопрос.
У девушки бешено заколотилось сердце, но внутреннее успокоение пришло, когда она поняла, что мистер Уайт ничего больше не предпримет. Такая маленькая и пугливая. Страхи в ситуации, в какой она оказалась, не удивительны. Мужчина и сам старался держать безопасную дистанцию, чтобы не вторгаться в зону комфорта гостьи. Она поджала губы, растерянно кивнув.
– Воспоминания… – еле слышно проговорила она, надеясь, что ее не будет слышно.
– Я понял, – он повернулся к ней спиной, размеренным шагом достигнув лестницы. – Если тебя что-то мучает, ты можешь поделиться со мной. Я не враг, даже несмотря на факт, что вывез тебя в лес и запер в доме.
Но и ее глаза привыкли к темноте в достаточной степени, чтобы она вновь смогла заметить рассекающий его спину шрам, начинающийся от правого плеча и заходящий на бедро, явно тянувшийся ниже пояса. Этот шрам не был похож ни на что из того, что ей уже приходилось когда-либо видеть. Словно по его спине ударило металлическим листом внушительного размера, глубоко травмиров кожу. Из-за неправильно сросшихся тканей шрам казался устрашающим. И если ее кровь похолодела от увиденного в темноте, то какова была бы реакция при дневном свете?
– Откуда у Вас этот шрам, мистер Уайт? – невольно вырвался вопрос. Она прикрыла рот рукой, боясь рассердить его.
Он остановился, так и не ступив на лестницу, и через плечо посмотрел на нее. История этого шрама была последним событием, когда он так легко подставился и был предан теми, кому, как думал, может доверять. Он посмотрел на нее все таким же лишенным души взглядом.
– Их у меня достаточно, но этот перекрыл все. Ты думала, бандиты легко живут? – произнеся это, он стал спускаться вниз.
Девушка пошла следом, но не продолжила его путь на первый этаж, а вернулась в комнату. Она корила себя за лишнее любопытство. Вероятно, она даже дернула ту самую струну, которую не следовало. Сев на подоконник и скинув обувь, она подобрала ноги к себе, устремив взгляд в непроглядную тьму заднего двора. Чтобы ее жизнь стала прежней, нужно сначала вырваться отсюда. А чтобы это случилось, ей нужно получить доверие человека, в обители которого она оказалась. Все внутренние уговоры о том, что это место нужно воспринимать как ее новый дом не действовали. Это место было тюрьмой с мнимой возможностью свободного передвижения в стенах дома. Она вновь прикрыла глаза, стараясь успокоить напрашивающиеся слезы. Уткнувшись лбом в колени, девушка молилась, чтобы все то, что сейчас происходит, было просто дурным сном. Вот сейчас прозвенит настырный будильник и выдернет из кошмара.
Едва она дала волю чувствам, как послышался стук в дверь. Судя по всему, стучали ногой, ибо различался характерный звук ботинка, ударяющего по дверному полотну. Она, утерев слезы и опустив ноги на пол, взглянула на дверь.
– Да? – откликнулась она на стук.
Открыв дверь локтем, Абелл Уайт прошел в глубь комнаты. В его руках был большой поднос, на который уместились две кружки, заварочный чайник и несколько тарелок с пирожными и печеньем, которые явно не могли себе позволить люди его сословия. Он покупал их, потому что воровал. А воровал, чтобы жить. Он подошел к постели и, накинув сверху покрывало, сел у подножия, взглядом показав девушке, чтобы она присоединилась к нему.
– Сегодня не хочу пить чай в одиночестве. Выпей со мной, – попросил он, жестом приглашая ее присоединиться на постели.