Он попытался оборвать нитку, на которой висел орешек, подаренный доброй бабушкой-паучихой, но ничего не вышло. Злясь, Арксан дергал все сильнее, так что у меня голова моталась во все стороны. Затем, не выдержав, он вытащил из-под одежды нож и попытался разрезать нить, но тоже безуспешно.
– Что это за магия? – Зарычал он на меня, взбешенный до предела.
– Это подарок. От бабушки Пии, паучихи, что живет на горном перевале в деревне кобольдов. – Тускло ответила я. – Просто снимите его.
Для этого магистру пришлось на некоторое время ослабить хватку ошейника – я шумно втянула в себя побольше воздуха. Ошейник снова крепко стиснул мою шею, причиняя боль.
– А нельзя ли … послабже сделать? – Слабым голосом спросила я.
– Нельзя! – Отрезал Магистр и вскрыл орешек – оттуда вывалилась целая груда спутанных ниток, окутав его будто коконом. Взревев козлиным голосом, магистр Арксан принялся дергать паутину во все стороны, запутываясь еще больше. Мэтр искоса поглядывал на нас от своего стола, слегка улыбаясь одним уголком рта. Похоже, к этому орденскому магу у него были свои счеты. Неистово шипя и бранясь сквозь зубы, Арксан силился справиться с шалью паучихи, но лишь запутывался в ней еще крепче.
– Убери это! – Прошипел он мне в лицо, видимо, забыв, что он сам же надел на меня ошейник, останавливающий магию. Я пожала плечами и выразительно постучала по нему пальцем. – Мэтр! Не будете ли вы так любезны избавить меня от этой проклятой ловушки?
Тот какое-то время с явным одобрением наблюдал за трепыханиями Арксана, который уже едва мог двигать руками и качался, теряя равновесие. Мне показалось, что шаль возомнила себя силком – что же! – она вполне могла гордиться своими успехами. Орденский маг стоял красный и злой как распоследний демон, сверкая глазами и глухо рыча от унижения. Мэтр что-то сделал и паутина вдруг вспыхнула голубоватым светом, затем истаяла, словно испарившись.
– Благодарю! – Прорычал Арксан таким тоном, будто проклинал своего спасителя до тридцать седьмого колена. Затем наподдал мне по спине – я безо всяких крыльев улетела к двери и об нее же затормозила. Чувствую, он еще выместит на мне свою злость, когда мы останемся одни. Арксан грубо вытолкал меня за дверь, схватил за плечо и поволок по коридорам. Ну все, мне точно сейчас грозит допрос с пристрастием, но без страсти. Что ж, главное отвечать четко, чтобы все быстро закончилось.
ГЛАВА 59. Интересные вопросы и тупые ответы
Кабинет орденского мага был совсем не таким как магическая лаборатория, откуда я пришла. Он был невелик и заполнен сумраком, окна плотно зашторены, кругом лишь наглухо закрытые шкафы темного дерева, такой же письменный стол и два совершенно неудобных кресла, разделенные им. Пихнув меня в одно из кресел небрежным тычком, магистр открыл шкаф и вытащил оттуда какую-то папку из кожи. Тяжело шлепнув ее на стол, он принялся вытаскивать оттуда бумаги и внимательно изучать их, лишь изредка поглядывая на меня. Из-за проклятого ошейника, что передавливал мне дыхалку, на меня будто два разбойника напали головокружение и тяжелая болезненная сонливость. Наконец магистр оторвался от своего увлекательного чтения и разложил бумаги передо мной. Затем создал легким взмахом руки бледно-желтое облачко над нами и велел:
– Читай!
Я склонилась над бумагами и невольно вздрогнула – это был протокол допроса, тот самый, которым Рандаргаст довел меня до совершенно невменяемого состояния. Здесь слово в слово было записано все, о чем он меня спрашивал и что я ему отвечала – даже мои издевки. Заметив мое движение, Арксан самодовольно усмехнулся.
– Вижу, что узнаешь. Итак, что скажешь?
Я пожала плечами.
– Ну да. Как говорится, с моих слов записано верно. Что еще я могу сказать по этому поводу?
Арксан приник к столу, изогнув пальцы будто когти, он выглядел как раздраженный хищник.
– Что, даже оправдываться не будешь?
– Не буду, – устало сказала я, – мне воздуха не хватает для этого. И вообще – это нечестно!
Мощный удар по лицу на минуту оглушил меня. Ошеломленно мотнув головой, я облизнула губу и ощутила привкус крови. Ярость начала медленно просыпаться внутри меня.
– Что, любите бить беззащитных женщин? Надевать ошейник, бить … а потом что? Ничего, я так думаю. Бобик твой сдох, не так ли? – Сухо сказала я и оскалилась, пытаясь вдохнуть получше, но толку было мало. Арксан хмыкнул. Затем лениво поднял руку и с размаху впечатал ее в мое лицо еще раз.
– Не дерзи мне, ведьма! – Прошипел он, сверкая глазами. – Лишь от меня зависит твоя дальнейшая судьба!
– Вообще-то от суда, – возразила я, – и я свою судьбу знаю. Нечего мне тут угрожать.
Арксан звучно хлопнул ладонями по столу и расхохотался, от этого смеха у меня кровь в жилах застыла. Неприятный тип. И с каждой минутой он становится все неприятнее.
– От меня, – повторил он, впившись в меня взглядом, – потому что королевский суд – это я. Не король, не его ручные беззаботные маги, и даже не тупое старичье – советники. Лишь Орден может решать судьбу провинившихся ведьм. Нас для того и создали – следить за порядком и восстанавливать его, разыскивать и наказывать виновных, применявших магию. Лучше поверь мне, ведьмочка, сейчас. Потом поздно будет.
Я стиснула зубы, выпрямила спину и холодно поглядела на этого мудака:
– Да посрать мне на тебя и на твой Орден, – отчетливо сообщила я, Арксан поперхнулся, – я знаю, что умру. И на это мне тоже посрать. Лучше поверь мне.
Он скрипнул зубами, стиснув пальцы в белые кулаки.
– Хорошо. – Прошипел он и принялся снова перечитывать бумаги, что-то отчеркивая в них пером. – Это хорошо, потому что за убийство целого ковена …
– Не целого, одна ведьма выжила. И убийца не я.
– И отнятие у него силы …
– А это вообще была идея Скарраги, я лишь перехватила у нее чашу.
– За сознательное убийство беззащитного магического существа, да еще и детеныша дракона…
– Он не успел стать детенышем, семя вошло и семя вышло.
– Хватит уже меня перебивать! – Гаркнул наконец Арксан и яростным движением смел бумаги, раздраженно втискивая их в папку так, что они мялись. – Словом, твоя судьба решена. Уже сейчас.
– А. Не удивил, дядя. – Равнодушно сказала я, созерцая потолок. – Древо Чистоты. Рандаргаст говорил мне об этом.
– Очень. Хорошо! – Рыкнул Арксан. – Погоди! А как так получилось, что тебя нашли на дворцовых ступенях, без клетки, без сопровождающего?
Какой хороший вопрос.
– По дороге, уже у самой столицы, наша телега сломалась, – ровным бесцветным голосом принялась я врать, чтобы не подставлять Рандаргаста, – мы вынуждены были в очередной раз задержаться. Пока Рандаргаст думал что с этим делать, мне пришло в голову, что идти осталось недалеко. Поэтому я оставила его и пришла самостоятельно.
Арксан долго сверлил меня недоверчивым взглядом. Я в очередной раз дернула шеей. Как быстро вырабатываются дурные привычки.
– Ты не сбежала. – Утвердительно произнес он. – Не сбежала, а сама пришла ко дворцу, причем проникла за три линии ограждения, миновала стражников … и все это ради того, чтобы подвергнуться самой лютой казни в этом мире?
– Именно так, – кивнула я в ответ. Арксан прищурился и о чем-то задумался, не моргая и вроде бы даже не дыша.
– Не верю. – Наконец сказал он. – В чем подвох?
– Я не из этого мира, – открыла я свои козыри, – и в данный момент это мой единственный шанс вернуться в родное пространство.
Брови магистра вспорхнули вверх, затем сошлись на переносице. Он недоверчиво опустил углы рта и медленно откинулся на спинку кресла.
– Все равно это странно, – заметил он, – ты могла бы умереть куда более спокойной и безболезненной смертью. Повесилась бы где-нибудь в лесу и всех делов-то.
Я пожала плечами и неопределенно хмыкнула.
– Люблю, знаете ли, внимание публики, – наконец придумала я очередную глупость, – ведь там же будут зрители?
– О, да! – Сладко заулыбался магистр, подергивая уголками рта в неприятной улыбке. – Жители всех королевских земель соберутся на площади, чтобы взглянуть на столь редкое зрелище. И им будет на что посмотреть.
Он выдержал паузу, затем оперся локтями о стол и доверительно сообщил: