– Надо все подготовить! Где этот твой список?… – и скрылась за шторой вместе с ним.
Эмили удивленно обернулась ко всем, провожая Джейн взглядом.
– Давно я не видела ее такой счастливой.
– Любит тебя, что сказать, – пожал плечами Сай и вышел из студии вместе со Страйком.
– Ну что? Насмотрелась на наши брови? – прислонился к книжному стеллажу Антон. – Больше мы на твои брови смотрели.
– Ох, злопамятный ты, жук. Но я и вправду не ожидала, что вы таким занимаетесь. До сих пор сложно поверить.
– Но ты же согласилась.
– Сказала же – хочу быть с вами. Мне не сложно. Но послушала вас – как вам тяжело это далось. Вот только заметь – чем дальше, тем вам сложней было утаивать, а сказали правду и стало куда легче. Я же не истерила, чего опасаться? Сами себя загнали в угол.
– Ты же знаешь Джейн. Она не хотела, чтобы ты была как мы.
– Это плохо, быть как вы?
– Нет. Ты никогда не будешь как мы. Мы слишком разные. И это замечательно.
Глава 7
Летнее солнце с жаром палило сквозь пластиковое окно гостиной, попадая прямо на лицо Владу. Не в силах больше справляться с яркими бликами, он отложил в сторону ноутбук, подошел к окну и резко закрыл шторы. Однако обратно садиться за работу не стал. Он устал. Полное эмоциональное и физическое изнеможение напирало откуда-то сверху. Вся эта спешка, страхи, и недосып усугубляли его шаткое здоровье и психику. Одно утешало – его произведение уже заранее кем-то одобрено и за него будут бороться. Но только это ничего не гарантировало. Сделай шедевр, либо умри.
Влад оглядел затемненную комнату и обратил внимание на Марка, играющего на ковре напротив телевизора. Заметив наступившие сумерки, мальчик поднял глаза на отца немо выразив недовольство, которое мужчина слепо проигнорировал. В это время он глубоко задумался над жизнью Марка – вот сын спокойно сидит, а через секунду может упасть в конвульсиях.
– Марк.
– А?
– Как чувствуешь себя?
– Все в норме, – безразлично ответил мальчик. Он двигал фигурку солдатика, но игра никак не шла, и он отвернулся от отца. В нем уже начал пропадать детский интерес к игрушкам, и он все более неловко чувствовал себя перед взрослыми с ними в руках.
– Не переживаешь из-за конкурса?
– Ну да, волнуюсь. Целый год этого ждал. Но если проиграю… Это ничего. Я только… боюсь, что перенервничаю и упаду прямо на сцене.
– Не надо. Даже не думай об этом, чтобы не волноваться еще больше. Просто выпей таблетку перед выступлением…
– От них никакого толку.
– Толк все-таки есть, но главное – самовнушение. Ты должен быть уверен, что со всем справишься, что победишь болезнь и все будет хорошо.
– Глупый способ победить то, что не можешь контролировать, – усмехнулся Марк. – Никак. Я не могу даже предположить, когда будет удар. Это все слишком внезапно! Это просто сводит с ума. И я никак не привыкну…
– Не надо привыкать. Скоро мы избавимся от этой дряни. Все будет хорошо.
– «Все будет хорошо. Все будет хорошо…». Ты такой оптимист.
– А как иначе? Нужно всегда быть уверенным в лучшем.
– Это ты так думаешь. Ты не болеешь, ты не боишься…
Владу стало досадно. Но он и не мог сказать, что на самом деле, его эпилепсия существует, и что она усиливается. От перегрузки стала менее контролируемой.
– Я боюсь! Боюсь за тебя! Не будь таким эгоистом, ты же знаешь, что мы с мамой очень переживаем за тебя. Все стараются помочь нам, зная, что с тобой.
– Прости.
– Ладно, не переживай. Просто знай, что мы все тебя очень любим, очень дорожим тобой и очень беспокоимся о твоем здоровье. Только не беспокойся, оставь нам с мамой эту заботу. Мы уж найдем выход из ситуации. Просто будь ребенком. Милым, талантливым ребенком, которому под силу любые передряги, – Влад погладил сына по голове, растрепав его русые волосы. Как у мамы. Всем он был похож на маму.
Марк улыбнулся, отведя глаза в сторону.
– А что все-таки с конкурсом? Уже определился, что будешь играть?
– Конечно, пап. О чем ты? Всего неделя осталась!
– Может сыграешь мне? Очень хочется послушать…
– Ты ни разу не слышал, как я играю?
– Я, э-э…
– Ладно, ладно. Ты был слишком занят, – с досадой пробурчал Марк и направился к лестнице.
– Нет, нет! Просто хочется услышать все, в полном звучании! – оправдывался вдогонку Влад, так и не решаясь признаться самому себе, что раньше почти не задумывался об успехах сына. И уж тем более игнорировал музыку, доносившуюся со второго этажа.
Дверь отворилась и в дом вошла Милана, вернувшаяся с работы. Послышался ее тяжелый вздох и бряцанье ключей.
– Господе Иисусе, за что мне такое наказанье…
– Что такое? – спросил Влад из комнаты.
– Да на работе, – не торопилась с ответом Милана. – Предложили подработку. За премию. Я взялась… Но даже не знаю, хватит ли мне сил.
– Так тяжело?
– Представь себе.
– Не бралась бы.
– Да что ты! А где еще деньги брать?
– Что ты так переживаешь? Книга уже через неделю выйдет в тираж. Осталось дело за малым. Вот тогда и пойдут деньги, потерпи чуть-чуть.
– Не мне это говори, а сыну.