Ей стало жарко, затем холодно и вновь жарко, а по спине побежали крупные ледяные до дрожи капли пота, – пришло осознание, что она заблудилась. Растерявшись, женщина плюхнулась на что-то рыхлое и мягкое, это оказалась кротовая нора. Из не вовремя порвавшегося пакета посыпались на землю грибы. Но уже через мгновение Тамара Семеновна вновь обрела веру в свои недюжинные познания.
Брат Виктор, декан кафедры океанологии МГУ, говорил ей когда-то… лет семьдесят назад, как нужно себя вести, если ты заблудился в тайге или лесу, или, на худой конец, в лесополосе, как она в данном случае. На ум приходили обросшие мхом деревья, муравейники, ночное небо, усеянное звездами, и много чего еще, но ни леса, обросшего мхом, ни муравейников, ни даже компаса в ее распоряжении не было. Тамара Семеновна, сама того не заметив, вышла на заброшенное колхозное поле. Вокруг были лишь кротовые норы, да чахлая поросль березок. А вместо звездного небосвода с непременной путеводной Полярной звездой ей в лицо весело, с издёвкой, смеялось солнышко. Ориентироваться по солнцу и определять по нему время она тоже, к сожалению, еще не научилась. Был жаркий осенний день – это единственное, что Тамара Семеновна знала сейчас наверняка.
Маша, не меняя позы, по-прежнему сидела на краю стула и смотрела телевизор. Новости закончились, и их сменил динамичный сериал о печальной судьбе коллектора, у которого выбивали долг его друзья – коллекторы, затем включили какую-то интеллектуальную игру глухонемых, а когда и она завершилась, по экрану замелькали фигурки футболистов в желтых и красных трусах.
Маша не очень любила футболистов… Был один в ее жизни, очень давно. Убежал он из ее сердца, изрядно натоптав там напоследок, чем привил жгучую нелюбовь к остальным своим коллегам по спорту и к футболу в частности. Все они бегуны, убежденно, думала Маша, обо всех футболистах без исключения. Она предельно нарочито задирала нос, отворачиваясь, делая вид, что чем-то очень занята, когда в гости к Тамаре Семеновне заходил сосед Валера, бывший вратарь и действующий тренер какой-то футбольной команды. Он быстрее и ловчее всех других дачников бегал по лесу и всегда находил только съедобные грибы. И непременно делился ими с соседкой Тамарой, которая в ответ охотно делилась с ним разной зеленью со своего огорода и пускала "попастись" его многочисленных детей в сад, когда приходило время и, наливаясь, созревала малина, клубника и красная смородина.
Маша скрывала, но ей нравилось обрабатывать незнакомые ей грибы, зная, что Валера приносит только самые правильные, съедобные, от которых не узришь Создателя преждевременно.
Наконец Маша устала размышлять о грибах и футболистах, и заскучала. И тут она, наконец, вспомнила о невесть куда подевавшейся сестре Тамаре. В доме Тамары не оказалось, как и во дворе, и дворовых постройках, и даже в теплице ее не было. Ее не было нигде. Маша хотела поискать сестру за забором, но калитка, выходящая к лесу, была заперта на оба замка, впрочем, как и вторая калитка, открывавшаяся на другую улицу, тоже была заперта. Оказавшись в полной изоляции, Маша призадумалась.
Несколько часов Тамара Семеновна упорно шла вперед, не сворачивая, не делая передышек, не обращая внимания на манящие, зовущие к себе оранжевые шапки подосиновиков. Но так в итоге ни к чему и не дошла. Она присела отдохнуть на очередную кротовую нору, и неожиданно ее взору предстали долгожданные следы цивилизации. В желтеющую вдалеке рощицу уходили следы, оставленные автомобилем. Полчаса Тамара Семеновна бодро бежала по виляющей в густой траве колее. Ей уже чудились голоса незнакомых ей людей, к которым она сейчас выйдет, и что уже совсем скоро она окажется дома, и… Тамара Семеновна с ходу перемахнула через высокий кустик, неожиданно вставший на ее пути (в другое время, это была бы непреодолимая преграда, но только не сейчас) , и остановилась как вкопанная.
Надежда на скорое возвращение в родные дачные пенаты растаяла, как забытое на солнцепеке мороженное. Перед ней, уткнувшись в старый дуб, стоял усыпанный желудями остов легкового автомобиля. Видимо, кто-то украл машину и пригнал сюда, чтобы затем спокойно разобрать ее на детали вдалеке от людской суеты и забот. Места здесь были глухие, можно сказать дремучие, это поняла Тамара Семеновна, пройдя еще немного вперед и обнаружив целое кладбище ржавых "скелетов".
Солнце, спревшее за день, устав освещать путь Тамаре Семеновне, медленно покатилось к горизонту.
Маша еще раз обошла все строения, забралась на второй этаж дома и, держась за телевизионную антенну, балансируя, как флюгер на крыше, выяснила у соседей Вити и Гены, что сегодня Тамару они еще не видели.
– Бедная Маша! – Шла и думала о роднуленьке своей Тамара Семеновна. – Одна ж, весь день, без хлеба. Дура я набитая, грибов мне захотелось…
В подкладке дождевика настойчиво раздался звонок. Только сейчас Тамара Семеновна поняла, куда запропастился ее телефон, который она так рьяно и настойчиво, искала весь вчерашний вечер.
– Чтобы я делала, если бы нашла его, ведь дома бы лежал, под зеркалом, – сказала она обрадовано, поднося аппарат к уху.
– Мамуль, ты где? Что случилось? Тетя Маша звонила, говорит, ты пропала!
– Ой, а чой-то сразу случилось? До магазина вышла, да по грибы в лесок заглянула.
– Мам, ты где?
– Дооочь! – неожиданно для себя взвыла Тамара Семеновна. – Не знаю я! В лесуууууу! – Слезы накатились на глаза.
– Ладно, ты не волнуйся! МЧС уже ищет тебя. Мы сейчас… – Связь захрипела и прервалась.
Телефон подмигнул на прощание и погас. Батарея была полностью разряжена.
Темнело осенью быстро. Стрелки часов показывали начало пятого. Тамара Семеновна вытерла носовым платочком слезы и осмотрелась. Небо над головой заволокли низкие свинцовые дождевые тучи. Сердце затрепыхалось, забилось, словно пыталось выпорхнуть из бренного человеческого тела, не желая проводить с ним ночь в страшном, черном лесу. И ему это практически удалось, но… тут, женщина заприметила едва различимую светящуюся корону над кромкой леса.
– Там люди! – поняла Тамара Семеновна и впервые за целый день уверенно зашагала через ямы, рвы и поваленные деревья в правильном направлении.
Очень скоро она вышла к невысокому, деревянному заборчику, за которым при свете лампочки что-то мастерил под навесом мужчина лет шестидесяти пяти.
– Добрый день! – пытаясь унять дрожь в голосе при виде живого человека, радостно поздоровалась Тамара Семеновна и вцепилась руками в штакетник так, что никакая нечистая сила не смогла бы сейчас ее оторвать от забора и вновь унести в лесную чащу.
Мужчина отложил на верстак стамеску, посмотрел на осунувшееся испачканное грязью лицо женщины и, как бы невзначай, спросил:
– Чаю не хотите? Я новый недавно заварил.
За чаем Тамара Семеновна поведала хозяину дома о своих странствиях, о заброшенном кладбище автомобилей. О походе за хлебушком, растянувшемся на весь день. В тепле, на небольшой уютной кухоньке ей сейчас было хорошо: исчез страх и чувство одиночества. Она могла бы часами весело рассказывать о своих приключениях этому внушающему доверие и симпатию немолодому мужчине. Подполковнику милиции в отставке по имени Николай.
– А нет ли у вас чего покрепче чая? – неожиданно для себя изрекла Тамара Семеновна, и тут же осеклась, испугавшись, не подумает ли чего дурного о ней хозяин.
Он хитро улыбнулся в ответ и полез в шкафчик.
– Вот, – сказал он, ставя на стол две высокие рюмочки и до половины наполненный графинчик с алой жидкостью. – Настоечка смородиновая.
Мужчина разлил алую жидкость в рюмочки.
– За знакомство! – поднимая тост, сказал он.
– За встречу! – ответила Тамара Семеновна, беря в руку рюмочку.
За окном громко залаяла собака.
Николай пожал плечами, поставил рюмочку на стол, направился к выходу. В дверях он, обернувшись, заметил:
– Странно, не правда ли: сейчас пес глотку дерет, а вы пришли, на вас ни разу ни тявкнул. Забавно.
Через минуту Николай вернулся c гостем, сотрудником МЧС.
У машины МЧС Тамара Семеновна задержалась, прежде чем сесть внутрь.
– Николай, спасибо вам за все, за чай…
Николай улыбнулся.
– За знакомство не выпили.
Тамара Семеновна села в машину.
– А ваше отчество, как вас?…
– Федорович, Николай Федорович, – пожимая на прощание руку женщине, сказал он.
Машина МЧС сорвалась с места и, повернув за поворот, растворилась в ночи.
– Дачный поселок? СНТ " Лесная поляна"? – уточнил МЧСовец, составляя на коленках протокол.
– Верно, – машинально ответила Тамара Семеновна, провожая мелькавшие за окном деревья… поляна.
Перед ее взглядом промелькнула надпись населенного пункта: "Ситне-Щелканово".
– Тормози! – внезапно над ухом водителя закричала женщина.
Водитель ударил по тормозам, и машина, съехав на обочину, замерла. Замерев, сидел за рулем позеленевший лицом водитель; перестав заполнять протокол, замер и главный МЧСовец.
– Мне за хлебушком, – выпрыгнув из машины, пояснила Тамара Семеновна и поспешила в магазин.