– Это было бы неплохо, – Паша вспомнил мамины кексы и загрустил. – Закажи, пожалуйста, что-нибудь для поднятия настроения.
– Будет сделано, – отрапортовал Морган, и в голове у Паши зазвучала рождественская композиция Джорджа Майкла.
Минут через пятнадцать, когда Паше уже поднадоело листать бесконечный список спутниковых каналов на плазме, раздалась легкая трель, и в углу экрана загорелась зеленым иконка входной двери.
– Тебе доставили еду, – подсказал Морган.
– Уже?! – Паша поднялся с кровати и пошел открывать.
За дверью никого не было, зато стояла двухъярусная тележка, заполненная подносами со снедью. Нашлось место и для бутылки шампанского в серебряном ведерке со льдом, прямо как в кино.
Первая неделя пролетела как один день. Мысли о матери, хоть и возникали периодически у него в голове, как ни странно, не причиняли ему сейчас каких-либо страданий. Если бы Пашу кто-нибудь попросил выразить свои ощущения относительно ее недавней смерти, он бы сказал, что они похожи на морского ежа, лежащего в центре коробки, доверху наполненной ватой. Если не доставать содержимое этой коробки, то ее вполне можно переносить, не боясь пораниться.
С помощью Моргана Паша достаточно хорошо освоился в Крик-Харбор, этом маленьком городе внутри города. У него даже появились здесь любимые места: рыбный ресторанчик на двадцать восьмом этаже, из окон которого, выходящих на атриум, можно было наблюдать за восхитившими Пашу секвойями, и бар с интересным названием «Туманность Иоха», располагавшийся почти на самой верхушке небоскреба, где делали замечательные коктейли с текилой и ягермайстером. Здесь Паша, не упуская возможности прибегнуть к помощи алкогольного допинга, довольно успешно боролся со своей акрофобией. Вид на раскинувшийся вокруг город отсюда был просто потрясающий.
На следующий же день после прилета Паша пробежался по местным бутикам и по полной программе экипировался, пользуясь своей кредиткой-самобранкой, как он ее про себя называл, и советами Моргана. Теперь он был одет сообразно местной моде, а гардеробная в апартаментах практически заполнилась различными вещами и аксессуарами.
Просыпался Паша, обычно, в районе девяти утра, заказывал завтрак в номер, а затем выезжал на роботакси к пляжам в районе знаменитого острова в форме пальмы или отеля-паруса. После водных процедур он обедал в одном из ресторанчиков неподалеку от берега, а потом прогуливался по «ветвям» пальмового острова или отправлялся в какой-нибудь из торговых центров, осваиваясь в роли состоятельного рантье. Вечера же он неизменно проводил в Крик-Харбор, вкушая нежнейшее крабовое мясо и угощаясь ароматными коктейлями в гостеприимной «Туманности».
Паша уже не раз успел порадовался тому факту, что в свое время не забросил изучение английского, несмотря на многочисленные соблазны самостоятельной студенческой жизни. Навыки бытового общения пришлись ему очень кстати, а когда он все же что-то не понимал, на помощь приходил Морган, принимая управление его голосовыми связками на себя. Такие моменты довольно сильно нервировали Пашу, который не мог забыть своих ощущений во время расправы с Медком, и поэтому он как мог старался их минимизировать.
На восьмой день пребывания на гостеприимной земле ОАЭ Паша обратился к Моргану с необычной просьбой.
– Слушай, я тут подумал… – он стоял под душем, наслаждаясь упругими струями тропического ливня, – Здесь же наверняка есть тренеры по рукопашному бою? Хочу освоить пару приемчиков.
Моргану хватило такта не перебивать Пашу, хотя он, конечно же, уже знал о том, как глубоко засело в пашином мозгу нежелание еще раз оказаться в положении марионетки при каком-либо конфликте, требующем применения физической силы.
– Отличная идея, – похвалил Морган. – Ты заучишь нужные движения, а я придам твоему телу необходимые скорость и прочность.
– В точку! – Паша обрадовался, что его желание не вызвало у Моргана протеста. – Так что, можно нанять подходящего человека?
– Конечно. Сейчас в городе есть несколько специалистов нужного тебе профиля. Я подберу подходящего.
– Спасибо!
– И еще кое-что. Я бы, на твоем месте, все-таки потренировался в английской грамматике. Раз уж ты решил взяться за учебу. Если хочешь общаться самостоятельно, тебе нужно подтянуть этот аспект. Со словарным запасом я тебе помогу. Буду подгружать нужные понятия и определения прямо тебе в мозг, ты их будешь видеть, как в окне браузера. А вот для связки слов в осмысленную речь тебе и нужно позаниматься по грамматической части.
– Супер, Морган! Ты просто гений! Я согласен, – утро начиналось на удивление продуктивно. – А можно начать уже сегодня? – Паша решил ковать железо, пока горячо.
– Секундочку… – повисла небольшая пауза, после которой Морган продолжил, – Нашел одного человека. Бывший профессиональный боец ММА. Серебряный медалист Олимпийских игр четырнадцатого года по тхэквондо, хорошие навыки борьбы. Думаю, нам это подойдет. Записал тебя на одиннадцать тридцать. Тренировки будут проходить четыре раза в неделю, в зале по адресу: Аль Тания, пятьдесят семь. Английский начнется с завтрашнего дня. Занятия также индивидуальные, будешь ездить в Дубай Молл.
– Отлично! Пойду тогда быстро перекушу… – Паша взглянул на свой новенький швейцарский хронометр, с которым теперь не расставался, выключил воду и потянулся за полотенцем.
– Только сильно на еду не налегай, – предупредил Морган, появляясь перед Пашей в белом кимоно. – Перед тренировками это вредно.
– Слушаюсь, шеф! – Паша шутливо приставил ладонь ко лбу в виде воинского приветствия и побежал одеваться.
Паша, не спеша, прогуливался по вечернему пляжу Палм Джумейра, любуясь заходящим за горизонт солнцем и, время от времени, косясь на здешние роскошные виллы. Сегодня у него был редкий выходной, свободный от занятий. Спустя три недели интенсивных тренировок с Франком, так звали его тренера, Паша уже мог довольно успешно противостоять тому в пятиминутных спаррингах.
Морган, как и обещал, укреплял его мышцы, кости и связки, а многочисленные приемы Паша заучил самостоятельно. Впрочем, здесь он тоже подозревал участие Моргана, так как и английская грамматика давалась ему не в пример легче, чем в институте. Наверняка этот плут что-то сделал, благодаря чему его память стала работать гораздо лучше. Как бы то ни было, Паша был этому только рад.
– Что ты думаешь насчет покупки одной из этих красавиц? – спросил его Морган, как заправский диджей меняя музыкальные треки в его голове. Сейчас в пашиных ушах звучала композиция UB40.
– Ты же прекрасно знаешь, что я думаю, – лениво проворчал Паша себе под нос. Ему очень нравился этот искусственный остров, точнее, группа островов в виде пальмы, и он давно размышлял на тему гипотетического переезда сюда из апартаментов Крик-Харбор.
– Хорошо, – не стал отрицать Морган. – У меня есть на примете отличный дом на проспекте Аль Хисаб – это вторая ветка слева, если смотреть на верхушку пальмы. Предыдущий хозяин разорился на бирже, так что я могу выкупить для нас этот объект. Есть только один нюанс…
– Да? И какой же? – Паша остановился и приготовился слушать.
– Этот дом нельзя оформить на гражданина Российской Федерации Романа Котова. Иначе ты будешь скомпрометирован перед отечественными и местными проверяющими органами. Я, конечно, могу принять кое-какие меры, но не советовал бы этого делать. Нам нужна другая личность. Желательно, гражданин Евросоюза. Я создам подходящую биографию, банковские счета и учту другие необходимые мелочи. Конечно, надо будет сменить внешность…
– Опять? – невольно вскрикнул Паша, обратив на себя внимание местного туземца преклонных лет, который стоял по щиколотку в воде, смешно задрав кверху свои просторные одежды.
– Не шуми, – укорил Пашу Морган. – Что здесь такого? Не понимаю твоего возмущения.
– Да я же только-только обвыкся с этим лицом! – горячо зашептал Паша. – Между прочим, ты мне обещал вернуть мой прежний облик!
– Обязательно верну, просто пока рано, – отмахнулся Морган. – Представь себе, под новым именем ты сможешь беспрепятственно перемещаться практически по всему миру, владеть недвижимостью не только здесь, но и в любой другой стране, пользоваться всеми благами развитой цивилизации!
– Да, да… шоколад, – без особого энтузиазма сказал Паша. Процесс замены лица для него был чем-то большим, нежели банальная смена карнавальных масок. Паша, как бы это странно ни звучало, опасался потерять частичку старого себя, того одинокого и немного замкнутого парня, каким он был до всей этой катавасии. Решиться на такое в одночасье, какие бы плюшки это ни сулило, было делом нелегким.
– Если тебе нужно время подумать, не вопрос, – уловил его настроение Морган. – Я буду ждать твоего решения сколько потребуется.
– Я подумаю, – согласился Паша и быстрым шагом направился к ресторану Ибн Аль Бахр, где подавали отличных крабов и лобстеров на гриле. На пляже ему вдруг стало чересчур зябко.
Через полчаса Паша уже сидел в вышеупомянутом заведении, наклонясь над большим блюдом с морепродуктами, и меланхолично пережевывал сочную креветку, почти не замечая вкуса. Его мысли сейчас были далеко отсюда.
Безусловно, Морган нарисовал заманчивую перспективу стать гражданином мира, но все же что-то не давало Паше покоя. Какая-то назойливая мысль, словно противный комар, бьющийся о стекло, пыталась пробиться на поверхность его сознания, но что-то удерживало ее за пределами пашиного внимания. Паша, уподобившись рыбаку, изо всех сил пытался вытянуть эту неведомую еще пакость из глубин подсознания, но ничего не получалось.
Напротив, перед его глазами встала идиллистическая картина какого-то горного пейзажа. Стиснутое со всех сторон величественными скалами зеленовато-бутылочного цвета озеро, в котором отражались растущие по его краям сосны и ели и голубое, с прожилками белых облаков, небо.
– Небось, Австрия или Швейцария, – завистливо подумал Паша, зажмурившись, чтобы получше рассмотреть детали пасторального пейзажа. На одном из горных склонов он заметил группу домиков, издалека похожих на спичечные коробки, разбросанные на изумрудной лужайке. Конечно же, Паша ни разу не был ни в Швейцарии, ни в Австрии, но представлял их себе почему-то именно такими. Ему даже показалось, что он слышит едва различимое мычание коровы и мелодичный перезвон колокольчика, привязанного буренке на шею.
– Заканчивай, Морган, – проворчал он, с сожалением открывая глаза и возвращаясь в реальность.
– Я здесь не при чем, – поспешил заверить его бестелесный компаньон. – Это – твое собственное подсознание рисует такие картины. Между прочим, ты вполне мог бы какое-то время проводить в горах. Хочешь, я позабочусь о покупке шале в Альпах?
– Черт тебя дери, Морган! Ты прямо змей-искуситель! – Паша в сердцах бросил на стол серебряную вилку с нанизанным на нее куском крабьего мяса, которую до этого задумчиво вертел в руках.
– Ты же этого хочешь, ведь так? – повторил Морган.
– Да хочу я, хочу! – махнул рукой Паша, делая большой глоток немецкого пшеничного пива из запотевшего бокала. – Сам же знаешь.
– Ну, тогда я не вижу причин, по которым это не может быть сделано.
– Не видит он причин… – передразнил Паша. Он приложил кредитку к считывающему устройству, вмонтированному в столешницу, заложил двадцать процентов от итоговой суммы на чаевые и, сделав напоследок еще один солидный глоток пива, направился к выходу из ресторана. Пора было возвращаться в апартаменты.
Оказавшись в Крик-Харбор, Паша решил заскочить в полюбившийся бар. Пиво разожгло в нем некоторый азарт, который подкреплялся волнующей перспективой очередных жизненных изменений.