Она продолжает бежать дальше, не обращая внимания на человека, в которого врезалась и, заворачивая в ближайший переулок, скрывается из виду.
Иногда Виктор не способен отличить реальность от собственного больного воображения. Он стоит и боится, повернувшись назад, вновь увидеть то, чего не может существовать в этом мире, хотя должен бы уже привыкнуть. Когда он все же приходит в себя, понимает, что демона нет рядом. Мужчина резко поворачивается назад, ведь потерять ее гораздо хуже, чем лишиться рассудка.
Черная бабочка парит в воздухе и Ной протянула к ней руку, казалось, желая дотянуться до чего-то несуществующего, но это было слишком далеко от нее. Что-то нехорошее зарождается внутри него. И так всякий раз, как она, позабыв о нем, словно загипнотизированная, преследует ускользающее прошлое. Пересилив себя, медиум зовет ее по имени, и девушка, словно бы очнувшись ото сна, поворачивается к нему. Она кидает последний взгляд обратно на насекомое, а потом догоняет мужчину и они идут дальше…
***
Мэй ненавидела этот чертов Теневой портал – темно, хоть глаз выколи, а без света, как известно, просыпается страх и одиночество, если бы не спина в бежевом плаще, от которой она не отрывала своих глаз, это место вынуло бы из неё всю душу – такое ощущение складывалось, когда она находилась здесь.
И, казалось, даже её огненные крылья потускнели не в силах осветить это пространство. Но мужчина, что шел впереди, не испытывал ни малейшего страха. Человек, которым она восхищалась, сам напоминал яркий факел – огонь, на который слетаются мотыльки.
Наконец, они вышли из этой тьмы и их ослепил дневной свет. Когда Вон открыла глаза, револьвер уже дымился, бесшумно выплюнув пулю. Тело распадалось на куски, пока от него не осталось лишь тусклое свечение Эфира в воздухе. Это зрелище выворачивало наизнанку и Мэй невольно отвела взгляд, посмотрев на мужчину. Без тени сожаления он откручивал глушитель, убирая оружие в кобуру на поясе.
Она не могла до конца понять его, хоть и знала без малого четыре года – одинаково любила и боялась, верила и сомневалась, боготворила и сжималась от безжалостности, с которой он спускал курок. И это касалось не только её – все в «Маяке» разделяли с ней эти чувства.
Маг смотрел на место, откуда только что исчезло тело. Он вспомнил взгляд, с которым один из клонов пытался позвать на помощь. Гору конечностей, распадающихся на полигоны. Что-то беспокоило его, помимо феноменальной схожести. Феникс вышла вперед, встречая подбежавших мужчин и стала о чем-то переговариваться с ними. Глен сделал шаг прочь. Когда же она заметила это, то последовала за ним.
– Мэй, подвезешь меня кое-куда чуть позже?– останавливая её, спросил Рассел. Девушка кивнула.
– Спасибо. Я позвоню. Скажи всем – сегодня работы больше не будет. Пусть возвращаются на базу, если хотят… Хорошо поработали.
Он развернулся и ушел, а черная бабочка с серебряной каймой крылышек догнала его и полетела следом. Глен достал телефон и набрал номер диспетчерской одного из филиалов сотовой связи. Женский голос с механической ноткой поприветствовал его.
– Добрый день. Хочу оставить сообщение на номер (…)
– Диктуйте.
***
Что такое человек? Сознание? Тело? Душа? Или же объединение всего этого? Можно ли убрать душу из тела и переместить её в другое? Последует ли за ней сознание? И что тогда будет с физической оболочкой?..
Маг давно перестал задавать вопросы, окропляя свои руки в крови. Чего бы это ни стоило, он должен разбудить её – с такими мыслями Глен продолжал существовать. Это была его вина. Он оставил её одну. В этом городе, что имеет тысячи обличий и пожирает тебя без остатка. Он ушел и оставил её наедине с этим ужасным местом. Она не должна была приезжать сюда. Они не должны были звать её. И, чтобы хоть как-то искупить содеянное, мужчина был готов зайти еще дальше. Пробивать лбом столько стен, сколько будет необходимо. Сокрушать все преграды на своем пути. Даже если однажды ему придется…
Стоило вернуться в этот город и его нашли неприятности. Суть работы проста – уничтожить остатки от старого эксперимента, сжечь лабораторию и все данные. Это был не их профиль. Но что-то заставило мужчину согласиться. Среди ученых Старого города мало кто выделялся так, как он – один из тройки выживших гомункулов семьи Барбати – Юлий. Скучающий ученый, которому осточертел этот мир, и вызывает интерес только его безумные эксперименты. Допустим, будет ли регенерировать бессмертный, если убрать весь Эфир внутри ограниченного пространства? Или… Что будет, если клонировать демона?
В полумраке лаборатории находилось с десяток криогенных камер. Но все они были пусты. Он осмотрел помещение и двинулся дальше. На столе справа лежала кипа бумаг, несколько аудиокассет и магнитофон для их прослушивания. Рассел вдавил кнопку воспроизведения, пленка внутри монотонно начала вращение. Несколько секунд динамики издавали лишь скрип и шорох помех, но потом среди шума стал пробиваться мужской голос.
– …Н–ый день эксперимента,– донеслось до ушей мага, пока он рассматривал папки с документами. В голосе на пленке не было и намека на заинтересованность, скорее наоборот, ему было до безобразия скучно,– Ничего не изменилось. Все показатели в норме, но в сознание так и не приходит. Похоже, клоны и оригинальное тело каким-то образом связаны. Пока есть хоть одна копия…
Глен остановил воспроизведение, мотанул немногим вперед и вновь включил запись.
– …Чем больше клонов – тем менее они сознательны. Один-два еще могут принимать решения, их разум близок к шестилетнему ребенку. Но с десяток даже перестают реагировать на внешние раздражители и выполнять команды. А-аа-ах, какая глупость… Как же скучно. Маргарет,– среди внешних шумов стал слышен звук шагов, падения и шелест бумаг, а также тихий женский голос,– Разберись со всем. В этом нет смысла…
– Хорошо, сэр,– на этом запись оборвалась. Маг еще раз обвел комнату взглядом.
Он бросил папку с досье на стол. Какая-то часть информации совпадала с тем, что мужчина уже знал. С другой стороны, множество фактов ее биографии были ему неизвестны. Допустим, настоящее имя – Кристина де ла Рэй. Теперь понятно, почему она назвалась «Рэйна» – фамилия и последний слог имени – все, что смогла вспомнить…
За матовыми тонкими стенками горел свет, Глен отодвинул дверь в сторону и прошел внутрь, замерев. Цилиндрический аквариум до самого потолка, внутри которого спала девушка, предстал его взору. Он был подключен к различной аппаратуре, множество проводов тянулись со всех сторон. Маг сделал еще шаг и поднял руку, приложив ладонь к стеклу, что было ледяным. Она медленно открыла глаза, отзываясь на движение. Голубые, как и его, но они все еще напоминали лазурь, которой так часто затянуты небеса. А волосы, словно солнце. Всего каких-то полчаса назад этот облик был обезображен очередной пулей, раздирающей плоть, превращая его в сияющие полигоны света. С другой стороны стекла она приложила свою ладонь к его, палец к пальцу.
Маг достал из кармана кусок мела, начертив им рунический знак на стекле аквариума. Несмотря на то, что рисунок был нечетким, печать сработала. Стенки сосуда разбились множеством маленьких осколков, и, подобно водопаду, вода разлилась по полу, забегая под подошвы его кожаных туфель. Он поймал её, падающую ему в руки, словно была перышком, и опустился на пол, поддерживая хрупкое тело. Девушка и правда почти ничего не весила и присутствие её ощущалось очень слабо, подобно пламени догорающей свечи.
Глен взял её на руки и встал. Рунический знак, начерченный на стекле одной из камер, вспыхнул пламенем. Здание лаборатории полыхало за спиной мужчины, пока тот не воспользовался Теневым порталом…
***
– И все-таки дело «тупик»,– сказала Ляо, когда они получили результаты вскрытия на руки, и причиной смерти там значилась лишь «внезапная остановка сердца»,– Если бы ты сразу меня послушался, мы могли бы сэкономить время…
Они стояли на улице, возле служебной машины, припаркованной напротив морга, ожидая Консультантов. Алекс промолчал, хотя его злила ворчливость лисицы. И не только это. Во-первых, есть определенный свод правил, предписанный к исполнению. Если сил Департамента недостаточно, можно было обратиться за помощью к одобренным Организациям, но это был крайний случай, как сейчас. Во-вторых, ему не нравилась ее мотивация и, словно бы прочитав его мысли, Ляо бросилась обнимать и тискать только-только появившуюся в поле видимости маленькую девочку, которая от неожиданности и страха потеряла дар речи. Мужчина, что пришел с ней, только стоял рядом и улыбался, ничего не предпринимая. Алхимик вздохнул, подбежал к слишком возбужденному оборотню и оттащил ее за ворот майки.
– Прости, не уследил,– как можно более миролюбиво обратился парень к ребенку, что быстро спряталась за спиной мужчины, выглядывая оттуда со слезами на глазах,– Обещаю, она больше так не сделает. Не сделает же?
Алекс повернулся к лисице. Та кивнула, но в искренность этого жеста верилось с трудом. Он, наконец, отпустил ее. Оборотень повисла в воздухе, продолжая хищно улыбаться. Иногда игривость лисицы и ее любовь ко всему милому (точнее, к тому, что она считала милым) переходили все разумные пределы. Если взрослый человек (например, Ной) еще могли терпеть или сопротивляться ее порывам, то у маленькой девочки не было и шанса.
– Все в порядке, Шев,– сказал мужчина, присаживаясь на корточки рядом с ней и гладя по голове,– Ты же помнишь Алекса? Ему снова нужна твоя помощь.
– Не говори «снова» будто это моя вина…
Мужчина рассмеялся. Его звали Константин Орт, а девочку – Шева. Когда-то он был одним из «Дворняг», там они с Алексом и познакомились. Теперь же он жил в гостинице своего деда в черте города и работал Консультантом при невыясненных обстоятельствах. А все благодаря девочке, что, наконец, успокоилась, но все еще держалась за его одежду и искоса поглядывала на Ляо.
Они прошли внутрь здания и подошли к одному из столов. Алекс сверил номер на бирке, привязанной к ноге трупа и кивнул, подняв взгляд на мужчину, а потом опустив его на девочку. Она сделала несколько шагов вперед и, завернув край ткани, которой была укрыта женщина, укусила ту за руку, впиваясь клыками до крови. Одной из ее расовых способностей была возможность заглянуть в воспоминания человека через кровь. Когда все закончилось, Шева подбежала к Орту, и сказала что-то тому на ухо. Мужчина выслушал ее, кивая и, похвалив за работу, мягко погладил по голове, из-за чего она буквально расцвела, после чего повернулся к Алексу и встал.
– Тебе это не понравится, но… Похоже здесь замешаны военные лаборатории. За последние дни ее память полностью подчищена, не за что зацепиться. Но несколько месяцев назад, она принимала участие в каком-то эксперименте. Угадай, чьем… Даю подсказку, его фамилия совпадает с твоей.
Алекс вздохнул. Этого еще не хватало…
– Спасибо. Я разберусь,– он протянул мужчине руку для рукопожатия. А потом улыбнулся Шев, поблагодарив и ее.
Они вышли из здания. Ляо вела себя спокойно, махая на прощание Консультантам, а потом повернулась к своему медиуму.
– Что будешь делать?
– И правда?.. Свяжусь с Кирой, пусть сами разбираются со своим братцем..,– ответил алхимик, доставая из кармана маленькую черную коробочку и с удивлением читая пришедшее внезапно сообщение, после чего они сели в машину и уехали…
***
– Я пойду вперед!..
Ной остановила его, оттянув пальцами рукав плаща. Они стояли напротив здания, отмеченного на электронной карте. Это был заброшенный район. Демон чувствовала себя не в своей тарелке из-за того, что рядом не было ни души. Она словно бы находилась внутри полностью запертой комнаты, совсем без движения воздуха.
– Все в порядке?
Азимов послушно отошел в сторону, но обеспокоенно посмотрел на свою спутницу.
– Не знаю. Просто… Плохое предчувствие…
Вызывая меч, что словно бы появился из столпа пламени, она делает пару шагов вперед и останавливается, вновь поворачиваясь к Виктору:
? Не заходи, пока я не позову…