В опор откосы огромляет охота,
Лорд, он лётом ломит лютым,
Гонит гостьбу в голове галопа,
Полночно поел, прослушал мессу,
В трудной теми[81 - тьме] торопит травлю,
Тутнет[82 - конский топот] тонет в трубном зове,
Рожок в губах ревет, к руке ревнует.
Потом попарно псов они поделили,
Калитки в клетках открыли и кличут:
Выжлецы[83 - охотничьи собаки] в вольерах визжат, на волю
Лезут, лают, рявкают, лязгают челюстями.
Три тугие тесные ноты тут вострубили,
Охотники арапниками охаживают гончих.
Слышно, добрая сотня верхами съехалась
На двор.
А доезжачие уж во поле,
Выжлятники не держат свор -
Разом взревели рога: их вопль
Сотряс до листа дуплистый бор.
От задорного звука охоты зверье затрепетало,
Обуянные страхом олени забились в овраги,
Потом на пригорок они помчались, но пылко
Заулюлюкав, загонщики их назад завернули,
Статных сохатых сохранно они пропущают,
И крапчатых тоже, рогов качающих кроной,
Сам хозяин-де замка зимню закрыл охоту
На самца, и стрелять запретил его строго.
В барловинах[84 - шкуры косуль] косуль пуганули «Бей! Береги!»
И ланей с ними погнали в лозняк лощины, —
Там уж скользят, сыплют, стелются стрелы,
Истуга по изворотам лесным из луков лузгают срезни[85 - стрелы],
Бьют, буравят бодучим теменем бурую мякоть!
Ах! На разлогах ручья, в руде[86 - в крови], рюхая[87 - олений крик], издыхают,
Гончие их окружают с голодным и гневным лаем,
Охотники псов разъяряют рокочущими рожками,
От клокотанья на кряжах будто крекают камни.
Какую прыгунью прометнула проноза[88 - стрела], с пригорка,
Перехватив, гонят на низ, и пешие их принимают, —
Так их травили на кручах и по тропам к воде сгоняли,
А в улогах народ охотный ухватистый да умелый,
А борзые большаки большие, беглянок берут, рвут
В клочья.
А вельможа, весь в поту,
То спрыгнет с седла, то вскочит,
И влетает в темноту
Надвигающейся ночи.
Меж тем как сей муж мечется по дубраве,
Добрый молодец млеет в мягкой постели,
Под сенью, светлеющей от ясного солнца,
Серебрящего стены и сводчатый потолок,