– Я как раз собиралась это сделать, когда вы подъехали, – невозмутимо ответила Ульяна. – Но, как я понимаю, в этом уже нет необходимости, если вы здесь.
– Да, – кивнул лейтенант Гарсия. – Я здесь, и звонить в полицию уже нет нужды. Но, судя по вашему рассказу, Ламия Ламиани намного опаснее, чем я предполагал. Я должен осмотреть замок. Мне надо найти отпечатки ее пальцев.
– Зачем? – удивилась Ульяна.
– Чтобы иметь неопровержимые доказательства ее пребывания в замке, – пояснил полицейский. – Ведь если мы ее арестуем, она может опровергнуть все ваши обвинения. У вас есть свидетели вашего разговора с Ламией Ламиани, когда она требовала выкуп?
– Нет, – призналась Ульяна.
– Значит, пока единственное, что мы можем ей предъявить – это незаконное проникновение в ваш дом. Полиция использует дактилоскопию уже более ста лет. И пока не придумано ничего лучшего для опознания преступника, чем метод, основанный на неповторимости рисунка кожи. Или, говоря научным языком, идентификация человека по следам пальцев рук и ладоней.
– Вам виднее, Мигель. Делайте свою работу.
– Вы можете предоставить мне какие-то вещи, которые Ламия Ламиани брала в руки? Или могла брать.
– Если только кочергу, – подумав, ответила Ульяна. – Ту самую, которой она запустила мне в голову. Я едва увернулась.
– Очень хорошо, – обрадованно сказал полицейский. – Где эта кочерга?
– Скорее всего, по-прежнему в каминном зале, где все это произошло. Мне было как-то не до нее все это время.
– Тогда разрешите мне пройти в каминный зал и поискать ее там.
– Идите за мной, Мигель, я провожу вас.
Они прошли в замок и по лестнице поднялись в каминный зал. Дрова в камине уже давно догорели, но угли еще тлели, изредка вспыхивая и потрескивая. Ульяна зажгла электрический свет. Кочергу лейтенант Гарсия нашел почти сразу. Она лежала на каменных плитах возле рыцарских доспехов со свежей глубокой вмятиной в боку. Ульяна содрогнулась, представив, что было бы, попади этот кусок железа не в доспехи, а ей в голову.
Гарсия достал из кармана платок, которым обернул находку. Но и после этого продолжил осмотр места происшествия, как он это назвал. И вскоре наткнулся на книгу, лежавшую раскрытой в кресле. Взял ее в руки, перелистал.
– Это вы читали? – спросил он Ульяну.
Она взглянула на обложку с надписью «Detur digniori».
– Это книга моего сына. Странно, что она здесь. Ксиу очень дорожит ею.
– А Ламия Ламиани могла ее читать? Вы говорили, что она подбрасывала дрова в камин, когда вы вошли. Может быть, для того, чтобы было лучше видно страницы с текстом?
– Возможно, – подумав, ответила Ульяна. – Она могла украсть книгу из комнаты моего сына. Это в ее духе.
– Тогда я возьму книгу с собой, – сказал лейтенант Гарсия. – На обложке наверняка остались отпечатки пальцев. Это надежнее, чем кочерга.
Он взял кочергу в одну руку, книгу – в другую и направился к двери, сразу потеряв интерес к дальнейшему осмотру каминного зала.
– Пожалуй, довольно, – сказал он, заметив удивленный взгляд Ульяны. – Не буду тратить времени. Картина мне ясна. Я немедленно передам книгу и кочергу нашим специалистам по дактилоскопии. Думаю, через день-два они дадут нам точный ответ, есть ли на них отпечатки Ламии Ламиани. В зависимости от этого я продолжу следствие в том или ином направлении. Может быть, мне придется еще раз опросить вас в целях выяснения истины.
– Вы сомневаетесь в моих словах? – с натянутой улыбкой спросила Ульяна.
– Я – нет, – заверил ее полицейский. – Но вот мой начальник… Он может усомниться, если не предоставить ему веских улик. Вы не представляете, кто такой капитан Карлос Санчес! Не человек, а ходячая инструкция. Если бы бы знали, сколько я сам натерпелся от него…, – Лейтенант Гарсия с видимым усилием прервал себя. Помолчал и продолжил уже о другом: – Но ни о чем не беспокойтесь. Я уверен, что сумею доказать виновность Ламии Ламиани. И в гибели лошадей, и в киднеппинге, и в попытке вымогательства. Думаю, что по совокупности всех преступлений ей грозит пожизненное заключение.
– Я была бы этому очень рада, – искренне сказала Ульяна. – Это избавило бы меня от беспокойства в будущем.
– Можете на меня рассчитывать, – заверил ее Мигель Гарсия. – Ради ваших прекрасных глаз и ради вашего сына я сделаю все, что возможно. И даже больше.
– Я не забуду этого, Мигель, – заверила его Ульяна. – Обещаю!
Но лейтенант Гарсия не стал развивать эту тему, что не преминул бы сделать в любое другое время, а неожиданно спросил:
– А ваш муж… То есть, я хотел сказать, ваш бывший муж, Анжело Месси. Он оставил вам большое состояние после своей смерти?
– А какое это имеет значение? – удивилась Ульяна. С ее лица сразу исчезла улыбка, и оно стало враждебным.
– Я это спрашиваю, потому что хочу понять мотивы, которыми руководствовалась Ламия Ламиани, идя на это преступление, – пояснил полицейский. – Для суда это очень важно. Да и капитан Санчес об этом обязательно спросит. Такая каналья!
– Официально я не была замужем за Анжело Месси, – подумав, неохотно ответила Ульяна. – Мы были с ним, скажем так, недолго знакомы. Сами знаете, как это бывает в молодости.
– Это называется гражданский брак, – заметил с понимающим видом лейтенант Гарсия. – Очень распространенное явление в наше время.
– Пусть будет так, – не стала возражать Ульяна. – Я это сказала для того, чтобы вы впредь не называли Анжело Месси моим мужем, даже бывшим. Мне неприятно это слышать.
– Не буду, – заверил ее полицейский. – Но все-таки, как обстоят дела с его состоянием? Он завещал его вам?
– Он завещал все Ксиу, которого посчитал за своего сына, – пояснила Ульяна. – Я лишь законный опекун Ксиу до его совершеннолетия.
– А каковы размеры состояния Анжело Месси?
– Могу сказать только, что оно не маленькое, – уклонилась от прямого ответа Ульяна. – Но в основном это недвижимость, имеющая весьма относительную ценность. Возможно, у Анжело Месси были свои причины покупать ее. Но я о них не знаю.
– А если эту недвижимость продать? – продолжал допытываться полицейский. – Сколько денег можно было бы выручить?
– Если только за бесценок, – пожала плечами Ульяна. – Впрочем, думаю, едва ли Ламия об этом знала. Вероятно, она рассчитывала на большой куш.
– Но откуда она вообще обо всем этом узнала? – с недоумением спросил лейтенант Гарсия.
– Она была любовницей Анжело Месси, – сухо сказала Ульяна. – Еще до нашей с ним встречи.
– А-а, – понимающе кивнул полицейский. – Тогда это не удивительно.
– Вы еще что-то хотите знать, лейтенант? – спросила Ульяна. – А то я смертельно устала. День выдался нелегкий.
– У меня остался последний вопрос. Вы не скажете, где был похоронен Анжело Месси? Я не видел в замке его могилы.
– Я точно не знаю, – смутилась Ульяна, чувствуя на себе проницательный взгляд полицейского. – Кажется, где-то в Китае. Признаться, никогда не интересовалась этим. Я же вам говорила, наши отношения были неофициальными и недолгими. Но почему вас это интересует?
– Может быть, ваш сын, когда вырастет, захочет навестить могилу отца, – заметил лейтенант Гарсия.
Но Ульяна не стала говорить об этом.
– Прошу вас, давайте прекратим этот разговор, – сказала она. – Это не имеет отношения к происходящим событиям.