Наконец Кристина успокоилась и послушно встала с кровати. В конце концов, у неё будет ещё много времени, чтобы вдоволь нарыдаться.
Карета, запряженная парой лошадей, ждала её у главных дверей. Кристина не спеша вышла из замка, глянула на стремительно темнеющее под натиском туч небо и накинула на голову капюшон плаща. Сзади медленно шла Натали, то и дело поглядывая на замок. Наверное, ей всё-таки не очень хотелось отсюда уезжать… Кристине тоже, но выбора у неё не было.
В провожатые отец, как и обещал, выделил непутёвой дочке два десятка солдат во главе с Оскаром, но самого его Кристина почему-то не увидела. От этого у неё защемило сердце, но она не подала виду и, стараясь держаться гордо, подошла к карете. Внезапно услышала, как её негромко позвали, и отчего-то не захотела повернуться сразу.
Но всё-таки повернулась. Отец стоял в паре метров от кареты, скрестив руки на груди и пронзительно смотря на дочь. На нём был чёрный меховой плащ, явно наспех накинутый поверх белой с серебром рубашки и чёрного камзола – видимо, он всё-таки не собирался выходить, но в последний момент передумал.
Кристина медленно, неуверенно подошла к нему и замерла в недоумении, когда отец заключил её в объятия. Она ожидала чего угодно – молчания, холодного «прощай», каких-то вполне ожидаемых напутствий… Но только не объятий. Однако неуверенно обвила руками его пояс, не решаясь прижаться слишком близко. Наверняка лорд Джеймс чувствовал, как она дрожит от волнения и недоумения, как неистово бьётся её сердце… поэтому, видимо, и усмехнулся едва заметно.
Захотелось вдруг сказать ему, что она не выйдет замуж больше никогда и ему нет смысла искать ей мужа. Что она останется в монастыре, примет постриг и будет какой-нибудь переписчицей книг или создательницей научных трудов по истории. Но Кристина прекрасно понимала, что это не её судьба, что такого никто не допустит. Ей нужно будет выйти замуж и родить наследника, иначе род Коллинзов прервётся – прервётся по её вине. И не будет никаких книг и научных трудов, послушаний и изучения небесных светил, гимнов и молитв. Будет замок, муж, дети, аллод с его вечными проблемами, казна, доходы и расходы, хозяйство, власть… Не то, о чём она мечтала, хотя и уже привыкла к мысли, что именно такое будущее её ждёт.
Но всем плевать на то, о чём она мечтала.
– Пожалуйста… – сказал вдруг отец, не выпуская Кристину из объятий, – береги себя.
Она подняла голову и слабо кивнула.
Вскоре карета тронулась, но выглянуть из окна Кристина решилась, лишь когда они покидали пределы Нижнего города.
Окружающий пейзаж не навевал положительного настроения. Дороги по весне раскисли, деревья, ещё не покрытые свежей листвой, выглядели жутко, а небо… Небо было словно из самого худшего ночного кошмара – тёмно-серое, затянутое чёрными тучами, из которых мог вот-вот всыпать дождь или даже град.
Натали выглянула в окно и вдруг прикрыла рот ладошкой, чтобы не вскрикнуть.
– Что такое? – сухо спросила Кристина, прикрыв глаза.
– Да заяц дорогу перебежал. Не к добру это, миледи, – встревоженно произнесла служанка. – Может, повернём?
– Ты что, отец ни за что не позволит мне вернуться. И вообще, оставь, это всё пустые суеверия.
Натали лишь вздохнула и покачала головой.
***
Первые дни путешествия проходили относительно спокойно. Путь предстоял неблизкий: бьёльнская обитель была единственным женским монастырём во всей Драффарии, а ехать туда предстояло не меньше полутора седмиц. Конечно, если бы Кристина ехала с двумя-тремя спутниками, а не с двадцатью, то добралась бы туда быстрее…
Разговаривали с ней только Натали и Оскар, да и сама она не имела никакого желания общаться с кем-либо ещё. Ей хотелось поскорее оказаться в этом проклятом монастыре: дорога её сильно утомляла. Постоянный холод, сквозняки, полевые условия, дожди и грозы порядком надоедали. Тракт, по которому они ехали, окружал лес, где всегда могла поджидать опасность. Стенки кареты давили на сознание, и Кристина чувствовала себя словно изолированной от всего мира, запертой в этой маленькой темнице, полной сквозняков, в которой, помимо всего прочего, было очень неудобно спать.
Вскоре она решила переодеться в дорожный костюм и перебраться на лошадь. Натали, разумеется, последовала за госпожой.
День уже клонился к вечеру, небо было пасмурным, чёрные тучи мешали солнцу ронять на землю свои последние лучи. Кристина разговорилась с Оскаром Эдитом: девушку тронуло, что он искренне сочувствовал ей и вовсе не осуждал, хотя было за что. Капитан, видимо, первый оказался в курсе выходки своей леди, так как руководил патрулями в городе.
– Вам, должно быть, влетело от моего отца? – спросила Кристина смущённо.
– Влетело, – кивнул Оскар, улыбаясь, – но не сильно. Хотя, думаю, если бы с вами что-то случилось – не сносить мне головы.
– Простите. – Девушка натянула поводья и бросила мимолётный взгляд на Натали. Та ехала рядом молча, при этом выглядела она какой-то рассеянной. Служанка тяжело дышала, словно хотела что-то сказать, но никак не решалась.
– Ничего страшного, – покачал головой капитан Эдит, – всё-таки, кто в этой жизни не совершает ошибок?
– Моя ошибка, пожалуй, чересчур тяжела, и за неё я слишком высокую цену заплатила, – вздохнула Кристина. – Можно сказать, непомерную.
– Будь она непомерной, вас, возможно, уже не было бы в живых. – Оскар поймал её взгляд и ободряюще улыбнулся. Кристина была поражена его искренней прямоте и тому, что он в принципе ей сочувствовал.
«Может, не останься я в живых, было бы лучше», – хотела ответить она, но вовремя замолчала. Даже думать так – эгоистично и несправедливо. Кристина корила себя за такие мысли, но они были слишком навязчивы, чтобы отделаться от них окончательно.
Её смерть, скорее всего, ничего бы не исправила… ничего, кроме её душевных мучений.
– Но мне тоже стоило быть ответственнее, – вдруг снова подал голос Оскар. Заметив удивлённый взгляд Кристины, он усмехнулся и уточнил: – Многие мои гвардейцы знают вас в лицо. Следовало, узнав о вашем побеге, тут же поднять их всех на поиски, а я вместо этого посмеялся и сказал лорду Джеймсу, мол, погуляет и вернётся, не переживайте…
Эти слова заставили Кристину улыбнуться – в последнее время мало что вызывало у неё улыбку, но разговор с Оскаром помогал ей отвлечься от тягостных мыслей.
– Вашей вины здесь нет. Только моя, – сказала девушка.
Тучи тем временем начали таять, и солнцу наконец удалось бросить на землю свои последние лучи. Вечер был приятно прохладным, и Кристина задумалась о том, что засыпать в такую погоду просто грешно. Вот бы ехать всю ночь, вдыхая свежий лесной воздух и любуясь звёздами… Может, ей наконец станет легче? К тому же, кошмары не отпускали её, из-за чего спать было попросту страшно.
Но, разумеется, стражникам нужно позволить отдохнуть, да и Натали тоже не выглядела сильно довольной от долгого пребывания в седле.
Отряд переправился через широкий мост, называвшийся Чёрным. Кристина бросила взгляд вниз: река Вейнза разлилась, на гладкой поверхности её вод весело играли блики оранжевого солнца. Наверняка там очень глубоко… Мысль о том, что спрыгнуть с коня, подбежать с краю моста и броситься вниз займёт считанные секунды, девушка быстро прогнала.
Она хотела уточнить у Оскара, долго ли осталось до границы: можно было бы заехать к герцогине Вэйд… Хотя нет, не стоит. Да леди Коллинз и не успела ничего сказать: ехавший рядом с ней и Оскаром латник внезапно упал с коня. Кристина первая заметила, что из его горла торчала стрела. Странно, но чувства нарастающей паники она не ощутила; капитан Эдит тоже остался странно спокойным.
– К оружию, – таким же равнодушным тоном приказал он.
И тут из-за деревьев повалили вооружённые до зубов люди с гербом Карперов на щитах.
– Оскар, я тоже могу… – начала было Кристина, но капитан Эдит уже куда-то пропал.
Девушка растерялась: оружия при ней, естественно, не было, а тем временем люди из её охраны падали один за другим. Натали сжала поводья так, что её руки побелели, и, стараясь не показывать свой ужас, тихо произнесла:
– Нужно бежать, миледи.
– Я не могу бросить своих людей. Нужно достать меч…
Но Натали, не слушая её, развернула лошадь и бросилась к карете, вокруг которой уже хозяйничали люди Карперов. Что эта девчонка творит? Её же сейчас убьют, если уж бежать, то в лес… И Кристина, недолго думая, бросилась за служанкой. Она заметила, что на неё почему-то не нападают: видимо, Карпер велел взять её живой, чтобы разделаться с ней лично…
Невесть откуда взявшийся Оскар рубанул мечом, рассекая лицо одному из карперовских латников, а затем вонзил обагрённую кровью сталь в просвет между доспехами и тут же, резко развернувшись, насадил на меч другого. Кристина успела поймать меч одного из убитых, что её несказанно обрадовало: будет легче пробраться к карете, чтобы спасти, видимо, насмерть перепуганную и оттого сошедшую с ума Натали.
Неожиданно у Кристины начали дрожать руки. Она до этого убила лишь одного человека, а сейчас ей придётся убить сразу нескольких, и это дико пугало – пусть даже они и враги. Однако как только она увидела несущегося на неё карперовского латника, все страхи куда-то исчезли, и девушка, изо всех сил замахнувшись мечом, нанесла сокрушительный удар.
Численное превосходство врага удалось сократить, но множество людей Кристины тоже пало в бою. Сама она успела убить не менее пяти человек, и с каждым павшим от её рук врагом на неё всё больше и больше накатывала истерика. Кажется, она рыдала, поднимая и опуская тяжёлый меч, и будто заново переживала тот момент, когда её нож так легко и небрежно пронзил плоть Анабеллы…
Наконец Кристина заметила Натали, вроде бы целую и невредимую, и бросилась к ней. Внезапно резкая острая боль обожгла правое плечо. Кристина, сжав зубы, из последних сил стиснула рукоять чужого и страшно неудобного меча и рубанула наугад, надеясь, что ей удалось хоть немного задеть ранившего её человека.
В конце концов от людей Карперов они отбились. Многие были убиты, некоторые, встретив такое ожесточённое сопротивление, сбежали. Из людей Коллинзов выжили лишь Оскар и трое латников. Девушка, оглядев окружающую обстановку, почувствовала, что её страх достигает предела, а руки начинают дрожать так, что меч держать невозможно. Она только что лишила жизни нескольких человек… Это не шло ни в какое сравнение с убийством Анабеллы. Кристина выронила меч и, подавив слабый стон, вдруг рухнула с лошади, благо спешившийся капитан Эдит успел её подхватить.
– Занесите её в карету, – тихо посоветовала Натали дрожащим голосом, спрыгивая с лошади.
– Ребята, следите за обстановкой, – странно спокойным тоном приказал Оскар солдатам, тряхнув головой. Его длинные, до плеч, чёрные волосы растрепались и слиплись. – И обыщите трупы на всякий случай. Сдаётся мне, это не единственный отряд.