– Ну, да, ток. Забор и ворота не под напряжением? – Паша напряженно смотрел в сторону, откуда он пришел. Он не хотел, чтобы баба с собакой вернулась и застала его стоящим здесь. Возможно, она приняла его за жителя поселка или чьего-то гостя?
– Нет. Будь спокоен.
– Тогда я полез! – Паша чуть подпрыгнул, схватился за завитки ворот, тихо зашипел от прикосновения к холодному металлу, и подтянул тело вверх.
Через несколько секунд он с негромким шлепком спрыгнул на заиндевевший газончик и присел на корточки, дуя на сложенные лодочкой руки. Двухэтажный коттедж находился шагах в тридцати в глубине участка.
– Ты осознаешь, что мы только что практически нарушили закон и проникли на частную территорию? – с интересом спросил его Морган, включая какую-то тревожную мелодию. – Что последует дальше? Кража, грабеж? Разбойное нападение?
– Осознаю! – отмахнулся Паша. – Не нагнетай! Мне сейчас нужна тишина.
– Как скажешь, – мелодия резко булькнула и оборвалась, словно у приемника выдернули шнур из розетки. – Так что ты будешь делать дальше?
– Нассу ему в бензобак, что же еще! – Задержав дыхание, Паша прокрался к дому и остановился у оштукатуренной стены, чтобы перевести дух. Непривычное к таким стрессам сердце колотилось как пневмомолот. – Ты же хотел, чтобы я стал кем-то. Вот я и становлюсь!
– Да, но…
– Просто помолчи! – Пашей овладело некое подобие охотничьей лихорадки, и Морган своими вопросами сбивал его с толку. Сначала он и вправду хотел только посмотреть, как живут люди, разбогатевшие за счет страданий других. Но теперь ему казалось, что этого недостаточно. Он же вполне в состоянии сотворить этому Разину какую-нибудь гадость… Напрудить в баки, конечно, было вряд ли осуществимо, а вот проколоть колеса двум тарантайкам коррупционера – эту задачу он вполне мог решить.
Паша повертел головой, ища глазами что-нибудь острое, что могло бы помочь ему осуществить задуманное. В такой темноте ничего подходящего найти было совершенно невозможно. Не пробьешь же шину иголкой от одной из елок, которые были высажены с внутренней стороны забора! Тогда он задумал выпустить из колес воздух и сплющить нипеля, чтобы полкан хотя бы немного помаялся с их заменой.
– Морган, мне нужно, чтобы ты передал усилие на мои пальцы, – попросил Паша, откручивая колпачок с переднего правого колеса гелика.
– Будет сделано, – отрапортовал Морган. – Но не кажется ли тебе это слишком мелкой пакостью? Человек сломал судьбы, Вселенная знает, скольким людям, а ты ограничишься сломанными нипелями? Как-то не равноценно получается.
– У тебя есть идеи получше? – Паша начал спускать воздух из шины. Получалось не так, чтобы тихо. – Хочешь, чтобы я ворвался в дом и набил ему морду?
Он еще дожидался ответа, когда над входной дверью вдруг загорелся фонарь, а затем и сама дверь распахнулась, вместе с облаком теплого пара выплюнув из себя пузатого лысого мужика в домашнем халате. В руке мужик держал пистолет, направленный прямиком на Пашу.
– Твою мать, – сглотнув обратно подступившее к кадыку сердце, просипел Паша.
– А ну-ка встань, гондон! – крикнул мужик и повел снизу вверх стволом пистолета. – Встать, я сказал!
Паша неловко поднялся на ставшие ватными ноги. Глаза его резало от яркого света, но он боялся поднять руки, чтобы протереть их, потому что справедливо полагал, что Разин на адреналине тут же спустит курок.
– Ты кто такой, подонок? Кто тебя сюда послал? – полкан спустился с крыльца и подошел на несколько шагов ближе, не переставая держать Пашу на прицеле.
Паша стоял, боясь пошевелиться и лихорадочно соображал, что делать дальше. Мысли путались и скакали кузнечиками.
– Скажи что-нибудь, потяни время, – подал дельный совет Морган.
– Что, блядь!? Что я ему скажу? – Паша открыл рот и застыл, не в состоянии придумать ничего путного.
– Ты что, глухонемой? Как тебя зовут? Документы есть? Повернись спиной и руки на капот! – властно командовал Разин. Сейчас он явно находился в своей стихии.
– Хочешь, я возьму управление на себя? – предложил Морган, пока Паша выполнял приказ Разина.
– Нет! – невольно воскликнул вслух Паша и тут же получил увесистый удар рукояткой пистолета между лопаток.
– Ты что, козел, хочешь, чтобы я тебя пристрелил? – почти ласково спросил его Разин, профессионально обшаривая пашины карманы. – Не визжи как шлюха. А то ведь я могу и шмальнуть! – он достал российский паспорт и кредитки из брюк и произнес: – Так, так. Роман Юрьевич Котов, значит. И что привело тебя ко мне, Рома?
Паша пытался найти какое-то решение сложившейся ситуации, но мысли его, как мотыльки у лампы, кружили вокруг тюрьмы. Он представлял себя на месте Сереги и уже буквально ощущал тянущую жилы, невыносимую боль в опухших от побоев ногах.
– Я вижу, что вести беседы на свежем воздухе ты не расположен, – с издевкой произнес Разин. – Ну ладно, пойдем потолкуем в дом, – он схватил Пашу за правое запястье, намереваясь завернуть ему руку за спину.
Это, конечно же, было ошибкой.
В момент, когда пальцы Разина сомкнулись на пашиной руке, у Паши сработал рефлекс, натренированный с Франком в Дубае. Левая рука атакующей змеей ринулась вперед и, в свою очередь, обхватила борца с экстремизмом за тыльную сторону ладони. Одновременно с этим, Паша развернулся всем корпусом и что было силы выкрутил кисть Разина. Усиленный при помощи оперативно сориентировавшегося Моргана прием оказался полной неожиданностью для полисмена. Раздался сухой треск ломающейся, словно ветка, руки и вместе с ним оглушительный выстрел из пистолета, который был вызван рефлекторным сокращением указательного пальца, лежащего на курке. К счастью, пуля ушла в воздух, не причинив Паше никакого вреда.
– Сукааа! – заорал Разин, пытаясь вырвать покалеченную клешню из захвата и одновременно навести на противника свое оружие. Откуда ему было знать, что ему противостоит враг, наделенный сверхчеловеческими возможностями?
Коротко размахнувшись, Паша саданул ногой прямиком в промежность пузатого полковника, да так, что тот легонько подпрыгнул на месте, а затем свалился кулем на мерзлую траву, чуть подергался в судорогах и затих.
– Что с ним, он живой? – спросил вслух Паша, нагибаясь и забирая пистолет из обмякшей руки Разина.
– Вряд ли, – полупрозрачная голографическая фигура Моргана, одетого в медицинских халат, появилась рядом с телом эшника и скептически покачала головой. – Судя по удару, у него случилось обширное кровоизлияние в той самой области, приведшее к самым катастрофическим последствиям.
На Пашу накатила легкая дурнота.
– Я же только хотел его обезвредить! – воскликнул он и снова наклонился к Разину, чтобы попытаться прощупать пульс. Пульс отсутствовал. – Сука! Что теперь делать? Это просто пиздец! – Дурнота сменилась чувством паники. Паша вскочил на ноги и ринулся было к воротам.
В этот момент от двери дома, из которой вышел Разин, до Паши донесся полупридушенный тоненький писк, похожий на клекот новорожденного цыпленка. Он замер на месте и обернулся в направлении звука.
На пороге дома стояла древняя старуха. Она с ужасом смотрела туда, где лежало тело Разина, и раскачивалась взад-вперед, а из прикрытого костлявой рукой рта доносились тошнотворные рулады.
Паша ощутил некую неестественность в своем поведении лишь за мгновение до выстрела. Он на волосок успел повести руку вправо, и поэтому пуля вонзилась в дверную раму возле головы старухи, не причинив той вреда.
– Ты что творишь? – крикнул Паша и отбросил пистолет в сторону, будто тот был гремучей змеей. Он бросил еще один взгляд на старуху, но та все так же качалась на месте, буравя безумными глазами разинский труп.
– Я бы на твоем месте убрался отсюда, – раздался недовольный голос Моргана. – И забери пистолет. Ты же не хочешь, чтобы на нем нашли твои пальчики?
Паша поискал глазами его фигуру, но тот уже вновь развоплотился.
– Твою душу мать! – рявкнул Паша. Он нашарил на земле пистолет, сунул его в карман полушубка и бросился-таки к воротам.
На адреналине он в два счета перемахнул через створки и рысью помчался из поселка, молясь о том, чтобы не встретить по пути посторонних.
– Дама с собачкой тебя не побеспокоит, – сообщил Морган. – Тамаш позаботился о ней.
– Что? – Паша резко остановился прямо посреди пустынной улицы. – Что ты сказал?
– Я пошутил. Дроны скоро будут здесь, поспеши.
– Что это вообще за хрень была? – Паша вновь припустил бежать. – Это чертово фаталити, как в компьютерной игре, пистолет? Ты опять за свое? Хочешь сделать из меня серийного убийцу?
– Для тебя было бы лучше попасть в руки здешних представителей закона? – последнее слово Морган произнес с особенной издевкой. – А бабка – свидетель. Теперь она сообщит куда следует все, что видела.
– Да что она там могла увидеть! – с напускной уверенностью ответил Паша. – Она, небось, совсем уже слепая, в таком возрасте-то! Ей уж, наверное, лет девяносто? Кто это вообще?