– Что ты сказал? – закричал барон. – Я с тебя шкуру спущу. И он достал из экипажа любимый хлыст.
– Я не позволю тебе бесчинствовать в моём доме, – строго сказал вышедший на крики барон Дэльмер.
– Рано или поздно ты вернёшься домой, – зло прошипел Рудберг и, с трудом погрузившись в экипаж, уехал.
С этой минуты Вильгельм твёрдо решил домой не возвращаться. Он поедет к дяде аббату, и там устроит своё будущее.
Утром мальчик поделился своими соображениями с Фредериком и стал собираться в дорогу. Лошадь у него была, деньги он хотел забрать из своего тайника, оставленного матерью. Сумма запасов в тайнике, где было несколько крупных бриллиантов, позволяла жить несколько лет без нужды. Дождавшись, когда отец уехал в город, Вильгельм вернулся в замок, собрал походную сумку, опустошил тайник и, ни с кем не прощаясь, задним двором покинул замок на несколько лет.
***
Проснувшись, Майкл несколько минут лежал, глядя в потолок, судорожно собирая куски сна. Там было столько событий и такие персонажи, что соединить их воедино было невозможно. Но появление Рудберга оставило странное ощущение. Его невозможно было забыть, как прочие персонажи, потому что он был везде. Всё вращалось вокруг него. Майклу вдруг показалось, что он помнит даже его лицо, точнее, какие-то характерные черты. Через весь сон проходило волевое присутствие этого человека. Ещё у Майкла возникало некое странное ощущение, что он сам в какой-то степени является непосредственным участником происходящего во сне. Размышляя обо всех этих странностях, Майкл спустился на первый этаж дома, и начал складывать съестные припасы, заготовленные с вечера для воскресной рыбалки. Отец разрешил отдохнуть от хмурой необустроенной обстановки библиотеки, и мальчик решил посвятить этот день друзьям и рыбалке. Провести солнечный день на озере предложил Сентин. Он показал Майклу большую коллекцию удочек, после чего как бы между прочим сказал, что с ним на озеро собирается Луиза в сопровождении своего вездесущего поклонника Энтони.
Две бамбуковые удочки, с одной из которых рыбачил когда-то Эпштейн-старший, и маленькую жестяную шкатулку с червяками Майкл уложил в двухместную коляску и стал запрягать в неё жеребца по имени Ветерок. Он любил этого племенного жеребца, отработавшего на заводе несколько лет и повредившего переднюю ногу, после чего отец забрал его для домашнего обслуживания. Несмотря на свою небольшую хромоту, Ветерок был достаточно резвым жеребцом и с лёгкостью возил двухместную коляску. Майкл выехал за ворота дома и легонько тронул Ветерка краем кнута. Понимающе всхрапнув, конь побежал лёгким галопом. Сентин хорошо знал, когда едет Майкл, по характерному топоту Ветерка. Конь, слегка припадая на правую ногу, смягчал удар копыта, и это отчетливо слышалось издали. Подъехав к дому шофёра, Майкл осадил Ветерка и, выпрыгнув из коляски, подошёл к Сентину.
– Здравствуй Сентин! Спасибо, что позвал провести день на природе, а то Энтони только предлагает, а когда приходит время отправляться – его не найдёшь.
– А чего его искать, он всегда в одном месте, – сказал Сентин, протирая тряпкой лобовое стекло автомобиля.
Майкл, почувствовал колыхнувший сердце подвох, но с безучастным видом произнёс:
– Да мне и самому сейчас некогда. А что, Энтони у вас в гостях часто бывает?
Сентин улыбнулся. Он знал о симпатии Майкла к Луизе и потому так же небрежно ответил:
– Да почитай каждый день у нас. Они, наверное, пожениться задумают.
Лицо Майкла предательски залила краска, и Сентин, разряжая обстановку, добавил:
– Это Луиза попросила меня позвать на озеро тебя, Майкл. Что же ты отдаёшь свою мечту сопернику? Мама Луизы была самой красивой женщиной этих мест, – мечтательно поднимая глаза к небу, произнёс он, – а ведь Луиза часто спрашивает о тебе.
На пороге дома Сентина появились Луиза и Энтони. На девушке было лёгкое розовое платье и небольшая соломенная шляпка с полями, загнутыми внутрь.
– Майкл! – воскликнула она радостно, бросаясь навстречу и обнимая юношу, – как я рада видеть тебя, – не унималась она, держа ладони на его щеках.
– А я думал, тебе и компании Энтони достаточно, – съязвил Майкл, бережно убирая ладони девушки. – Ты же говорил, что тебе некогда, – добавил он, адресуя своё возмущение Энтони.
– Отец только вечером разрешил мне, – оправдываясь, сказал Энтони. Он знал о том, что Луиза очень нравится другу, но ничего не мог с собой поделать, так как сам сходил по ней с ума. Для себя Энтони решил следующее: пусть Луиза сама выберет, кто ей по сердцу, а раз этот выбор очень важен для него, то дружба не должна этому мешать, и сам Энтони будет находиться с объектом своего вожделения столько, сколько надо ему.
– Знаю тебя с детства Эн, и всегда ты врёшь. Только раньше это была невинная ложь, а сейчас ты врёшь потому что цинично поступаешь.
– Ну да, я же не такой умный, в библиотеках не сижу, книжек не читаю. Такими заумными словами не выражаюсь. Знаешь, Майк, не надо винить меня в своем заточении. Ты сам просиживаешь сутками, то с книгами, то с картами, а мне ни то, ни другое неинтересно, – возмущался Энтони.
– Всё мальчики, – строго произнесла Луиза, – на сегодня ссор хватит. Поехали, папа!
Она забралась на переднее сиденье автомобила на заднее предусмотрительно сел Энтони.
– Ты не хочешь поехать со мной в коляске? – поинтересовался Майкл, обращаясь к Луизе.
– Конечно, я поеду с тобой, – ответила девушка и, выпорхнув из машины, устроилась в коляске рядом с Майклом.
– Я не первый раз слышу о картах. Ты готовишься стать шулером? – смеясь, спросила она, когда коляска тронулась.
– Луиза! Если бы ты только знала, что такое карты, – мечтательно ответил Майкл, – в двух словах это описать невозможно, а некоторые вещи вообще не поддаются логике. Мы живём в мире логики, и всё пытаемся объяснять с её позиции, но существует нечто, что не поддаётся разъяснению. Вот, например, увиденный сон – что это? Просто набросок случайных событий, или заранее выстроенная цепочка происходящего в другой реальности?
– Как может реальность быть другой, Майкл? Реальность та, в которой мы находимся, а всё остальное человеческая фантазия, в том числе и сон.
– Я пока не могу объяснить этого, но мне кажется, что где-то параллельно существует другой мир. Мы не можем видеть его, но он существует и, быть может, даже не один. Мы живем параллельно, мы сосуществуем, но никогда не пересекаемся, и потому думаем, что реальность одна. Я сейчас расскажу тебе о том, о чём никогда ни с кем не разговаривал. Единственный раз попытался рассказать Эдварду, но он не принял мои слова всерьёз. Пообещай мне, что не будешь смеяться, и никому не расскажешь.
– Я обещаю тебе, – клятвенно приложив руку к сердцу, с улыбкой ответила Луиза.
– Несколько лет назад я увидел сон, персонажи которого появляются в моих снах по сей день. Понимаешь, – Майкл сделал паузу, обдумывая, как более доходчиво объяснить желаемое, – я как будто вижу события, которые происходили очень давно, и между тем происходят сейчас. Словно время там повернулось вспять и каким-то невообразимым способом проходит через мои сны. Ты знаешь, почему я так увлечённо занимаюсь картами? В это невозможно поверить, но карты точно воспроизводят происходящие события. Я сейчас постараюсь показать тебе это.
Майкл остановил коляску и, достав из кармана колоду карт, разделил её на четыре части.
– Предположим, четыре стопки – это четыре разных города. Каждая карта – это фигура, живущая в этом городе. Мы берём одну карту, достаём её из стопки, кладём рядом, и начинаем раскладывать оставшиеся карты. Какая-то из этих карт является персоной, а какая-то является действием. Я пока не могу доподлинно рассказать всё происходящее, но кое-что постараюсь. Перебирая карты можно предположить, что в этом доме некая дама проявляет особый интерес, допустим, к бубновой двойке, я уже несколько лет называю эту карту Джозефом, но об этом позже… Так вот, дама – это не обязательно карта дама, это может быть любая из карт, шестёрка или девятка, при этом другая шестёрка показывает её путь, а десятка показывает её интерес. Это довольно сложно, но я надеюсь когда-нибудь с этим получится разобраться.
– Это действительно очень интересно, Майкл! Я хочу, чтобы ты рассказывал мне о своих снах, – нежно произнесла Луиза, заглядывая в глаза юноши.
Внезапно раздались удары грома, от которых девушка вскрикнула и прижалась к Майклу. Небо быстро затянулось серыми тучами, и через несколько минут пошёл сильный дождь. Майкл развернул коляску и поехал в обратную сторону. Добравшись до дома Сентина, он высадил Луизу и, договорившись о скорой встрече, поехал домой. Дома Майкл распряг Ветерка, почистил его щёткой, завёл в стойло и, насыпав овса, отправился в библиотеку. Забрав свою книгу и карту, он направился на чердак, где сразу же взялся за чтение.
Первые же прочитанные им строки книги навели на неожиданную мысль: в книге описывается продолжение событий, происходивших во сне. За чтением он задремал, и уронив книгу откинулся на подушку.
Глава VII
Восхождение Рудберга
Аббат Рудберг, дядя Вильгельма и родной брат Рудберга-старшего, жил в большом портовом городе, и Вильгельм, которому на тот момент исполнилось четырнадцать лет, поселился у него. Дом аббата стоял на одной из центральных улиц города, примыкавших к дворцовой площади. Дворец короля с фонтанами и иллюминацией был виден из спальни Вильгельма, и он вечерами любовался этими чарующими картинами королевской жизни. Он много читал, изучал правила этикета. Дядя нанял племяннику учителя танцев, и в течение двух последующих лет Вильгельм обучался всем тонкостям придворного этикета. Король был молод. Ему едва минуло семнадцать, и основные интересы сводились к охоте, танцам и дамскому полу. Первый раз Рудберг увидел короля, когда тот почтительно поклонился аббату, проезжая мимо, и бросил короткий взгляд на юношу. Второй раз был судьбоносный.
Рудберг в лесу бросал острый кинжал настолько точно, что порезы на дереве были только в одном месте.
– Я хочу научиться бросать так же – услышал Вильгельм за спиной голос короля.
– Я всегда к вашим услугам, – поклонившись ответил Рудберг.
– Через пару дней будьте ко двору. Архайские купцы, обещали непередаваемые ночные краски – произнёс король. – Эй кто-нибудь…. Из леса выехали два конных воина.
– Мою лошадь, – приказал король и, ловко вскочив в седло, ускакал прочь, сопровождаемый охраной.
Неожиданное знакомство, приглашение в замок короля… У Вильгельма закружилась голова.
Это был случай, который стоил многого и, несмотря на свой молодой возраст, Рудберг полностью осознавал возможности причастности к королевскому окружению.
На следующий день он посетил лучшего портного, и к утру назначенного дня блистал в новом костюме тёмно-синего цвета с золотой перевязью чёрного плаща. Широкополая чёрная шляпа с большим белым пером придавала новому образу некую таинственность.
Юноша заранее нанял экипаж и с наступлением вечера отправился ко двору.
За воротами королевского замка мир превращался в сказку. Стриженый высокий газон, образовывал живые коридоры, скрытые от посторонних глаз. Благоухающие цветами клумбы, окружали увитым цветами беседкам. Вечерами зажигались факельные фонари, таинственно скрывая в тени удалённые участки, где любили находится влюблённые пары. В дворцовом пруду, плавали рыбы, которых раньше Вильгельм не встречал. Большие белые хвосты красных рыб плавно, подобно шлейфу, скользили под водой. В воздухе витал запах духов, многочисленных дам, прогуливавшихся по аллеям королевского парка. В просторных шатрах столы ломились от многочисленных яств. Кругом слышались приглушённые разговоры многочисленных придворных.